Как Freedom Telecom создает нового оператора на базе финансовой экосистемы

Freedom Telecom — один из самых амбициозных проектов на казахстанском рынке связи. Его особенность в том, что это первый оператор, которого строят не «в чистом поле», а на базе уже состоявшейся финансовой экосистемы Freedom — с банком, супераппом и медиа. Компания инвестировала более $300 млн в собственную инфраструктуру, чтобы стать ее технологическим фундаментом. Зачем финансовому холдингу строить сети с нуля, почему радиофобия остается главным барьером для развития связи в регионах и когда в Казахстане появится новый мобильный оператор? Об этом, а также о найме по SHL-тестам и интеграции ИИ в рабочие процессы в интервью «Курсиву», рассказал CEO Freedom Telecom Кайрат Ахметов.

— Какую стратегическую ценность Freedom Telecom создает для холдинга и какую бизнес-модель вы в итоге строите?

— Большому холдингу нужна своя инфраструктура. Наличие телекома внутри группы дает нам контроль над качеством связи и скоростью доставки контента — а это критично и для банковских сервисов, где важны надежность и безопасность каналов, и для проекта Freedom Media, где важна скорость. Поэтому, по своей сути, мы – инфраструктурный элемент экосистемы: мы даем возможность запускать стационарный интернет, Wi-Fi, а в перспективе и мобильную связь.

Связь сегодня — это базовая вещь, как электричество и вода, и мы хотим, чтобы люди платили за нее немного. При этом экономика здесь работает в обе стороны: продажа услуг связи через SuperApp в перспективе оказывается прибыльнее, чем работа на открытом рынке, потому что мы не платим за привлечение клиента заново — он уже внутри экосистемы. Это и есть модель, которую мы строим: инфраструктура, встроенная в финансовый и цифровой контур холдинга.

— Вы решили строить инфраструктуру самостоятельно, а не арендовать существующие сети. Почему?

— На рынке просто нет готовой инфраструктуры, которую можно арендовать и быть спокойным. Если в регионе проложен один кабель, возникает критическая точка отказа: случайно порвет его трактор — и без связи останутся все. Строить нового оператора, завися от чужой единственной точки отказа, не имеет смысла. Нам нужен контроль над надежностью, а его дает только собственная сеть.

— Собственная сеть требует больших вложений. Что сегодня мешает развитию телеком-инфраструктуры страны?

— Несколько вещей одновременно. Во-первых, регуляторика и сложности с получением разрешений — на прокладку кабелей, доступ на крыши. Во-вторых, деньги: телеком глобально требует огромных инфраструктурных инвестиций, а в Казахстане сейчас очень дорогой капитал — проще держать средства на депозите, чем вкладывать в стройку. Но если не инвестировать в связь, никакого развития не будет, поэтому мы идем на это осознанно. И третья причина, о которой обычно забывают, — радиофобия. По сути, это первопричина большинства проблем со связью в стране.

— Расскажите подробнее про радиофобию — почему вы называете ее барьером для отрасли?

— Допустимая мощность телеком-оборудования в Казахстане заметно консервативнее, чем во многих других странах, и при этом несопоставимо слабее обычного солнечного света. Это не всегда очевидно, а логика здесь обратная привычной: чем дальше от вас базовая станция, тем сильнее ваш собственный телефон вынужден «кричать» — излучать больше, чтобы дотянуться до сети, и быстрее сажать батарею. Станции, наоборот, нужно ставить ближе к людям, чтобы они работали тихо, «шепотом». Но из-за страха их не пускают на крыши, и это ограничивает развитие связи во всей отрасли.

— Где сегодня уже работает сеть и как устроена ваша инфраструктура на местах?

— Наши направления связаны и работают как единое целое — фиксированный интернет, Wi-Fi, беспроводной доступ FWA и B2B-сервисы дополняют друг друга, а не существуют по отдельности. По FWA мы уже запустили сети в Шымкенте, Актау, Таразе, Туркестане и Конаеве, сейчас разворачиваемся в Астане и Алматы — в ряде районов подключиться можно уже сегодня. Используем оборудование Huawei; за счет удачного частотного диапазона и широкой полосы выдаем скорость более 2 Гбит/с. Параллельно у нас работает около 3 тыс. точек Wi-Fi, а число его пользователей уже превысило миллион. И все это — не разрозненные продукты, а слои одной сети, поверх которой мы затем строим клиентские сервисы.

— Как сейчас выглядит клиентская база и по каким направлениям вы растете быстрее всего?

— У нас есть весомая база якорных B2B-клиентов и растущая база пользователей оптики, а по Wi-Fi мы, как я сказал, уже перешагнули миллион. Мы очень динамично растем по FWA – в некоторых городах мы уже получили 10% рынка менее чем за год.

— Какие направления формируют выручку сейчас, а какие — это инвестиция в будущее?

— Важно не создать впечатление, что мы только B2B-компания, — это не так. Да, сегодня основную выручку приносит B2B, но у нас уже есть массовый сегмент: фиксированный интернет, Wi-Fi, FWA для домохозяйств. Стратегически же мы строимся вокруг B2C и делаем ставку на малый и средний бизнес. Логика в том, чтобы предлагать не «трубу с интернетом», а комплексные продукты — решения на базе ИИ, видеонаблюдение, Wi-Fi — и связывать их с продуктами Freedom Bank и сервисами вроде Freedom Travel. Это то, чего в одиночку не может предложить классический оператор.

Продолжение интервью читайте по ссылке.