Research

Грузия бьет по инвесторам

За тревожными сообщениями информагенств из Южной Осетии, сообщающих о ходе конфликта, исключительно с военной или пропагандистской точки зрения, как-то скрылась еще одна сторона медали - экономическая, она же финансовая. Конфликт больно ударил не только по экономическим интересам самой Грузии - снижение кредитного рейтинга, потеря доверия у стратегических инвесторов, но и по интересам стран-инвесторов, прежде всего по Казахстану, который грузинская власть справедливо называла инвестором №1. Конечно, через некоторое время экономисты проанализируют вопрос, учтут все расходы, кое-кто сочтет, наверное, и доходы. Однако то, какие потери имеют по факту явные и неявные участники этого «кровавого недоразумения», в общих чертах можно представить и сейчас.

За тревожными сообщениями информагенств из Южной Осетии, сообщающих о ходе конфликта, исключительно с военной или пропагандистской точки зрения, как-то скрылась еще одна сторона медали — экономическая, она же финансовая. Конфликт больно ударил не только по экономическим интересам самой Грузии — снижение кредитного рейтинга, потеря доверия у стратегических инвесторов, но и по интересам стран-инвесторов, прежде всего по Казахстану, который грузинская власть справедливо называла инвестором №1. Конечно, через некоторое время экономисты проанализируют вопрос, учтут все расходы, кое-кто сочтет, наверное, и доходы. Однако то, какие потери имеют по факту явные и неявные участники этого «кровавого недоразумения», в общих чертах можно представить и сейчас.

Итак, номер первый — Россия
Перешла границу и ввела свою армию на территорию другого государства. Потеря репутации и статуса границ, статуса миротворца. Влияние всех пророссийски настроенных кругов в Грузии (а они были, как ни странно) сегодня практически полностью дискредитированы.

Это минусы политические, за которыми неизбежно стоят минусы экономические, так как Россия получила 30.000 беженцев, которых обязана теперь обеспечить продовольствием, жильем, медицинской помощью, одеждой, детскими садами и школами, пенсиями, детскими пособиями, землей и деньгами на обустройство. Премьер-министр России Владимир Путин уже пообещал выделить на эти цели 10 млрд рублей (более $400 млн).

Затем Россия опять же устами Путина пообещала потратить на восстановление Цхинвала еще 25 млрд рублей ($1млрд), это несмотря на то, что город разрушен все-таки грузинскими войсками. Видимо, мир будет «без аннексий и контрибуций…»

Помимо этого Россию ожидает неизбежное снижение деловых, финансовых и кредитных рейтингов, что не может не ударить по реальной экономике. Кстати, Россия уже пожала первые плоды: ее фондовый рынок, по словам председателя правления Каспийского банка Михаила Ломтадзе, стал стремительно обваливаться. По данным компании «Тройка-Диалог», индекс РТС за неделю военных действий упал уже на 11,3%, что соответствует снижению в среднем на 12% капитализации основных российских активов. Данная тенденция отражает справедливые опасения держателей акций, что «мировое сообщество», как никогда заинтересованное в «опускании» России, негативно отреагирует на действия ее военных, что неминуемо означает введение экономических санкций против российских предприятий.

Война в Южной Осетии вызвала кризис и на финансовом рынке. Нерезиденты выводят средства из России, рубль подешевел на 4% — наибольшее падение за последние 3,5 года, а ставки МБК подскочили до 10%. Это, как прокомментировал для «Къ» российский военный аналитик Владислав Шурыгин, не считая того, что Россия только в военном аспекте теряет по миллиону долларов в сутки на «операцию», а за все время «миротворческой акции» — около 300 млн рублей ($12 млн). Впечатляющий гешефт.

Южная Осетия
Успешно втянула Россию в свою борьбу за независимость: 90% семей из 75.000 населения успешно перебрались в южные регионы России на полное российское обеспечение. Разрушенный Цхинвал, не говоря уже о гибели сотен людей. Видимо, стоит считать, что минусы южной Осетии — это уже минусы самой России.

Грузия
С одной стороны, как заметил заместитель генерального директора группы компаний «АЛОР» Борис Соловьев, еще несколько недель назад многие бизнесмены отмечали, что президенту Грузии Михаилу Саакашвили удалось сделать значительные шаги по повышению инвестиционной привлекательности страны. Прежде всего, удалось если не полностью победить коррупцию, то свести ее к минимальному уровню среди всех стран бывшего СССР. Во-вторых, что особенно радовало представителей крупного бизнеса, — это заявления Саакашвили о намерениях развивать страну «по пути демократии». Однако, как теперь видно, многие заявления Саакашвили оказались фикцией.

А ведь еще совсем недавно, в конце 2007 года, в Грузии наличествовали в целом позитивные рейтинговые факторы: умеренный уровень государственного долга, — 25% ВВП, рост реального ВВП в 2007 году — более 12%. Грузия занимала 18-е место по условиям ведения бизнеса, согласно исследованию Всемирного банка за 2008 год.

В связи с этим остается вопрос: зачем грузинское руководство пошло на столь очевидную военную авантюру. Ведь в результате военных действий нанесен огромный ущерб не только экономике Грузии, но и политическому авторитету страны и президенту. В нынешних условиях, пожалуй, никто из бизнесменов не решится вкладывать инвестиции в грузинскую экономику и многие из реализуемых в настоящее время инвестиционных программ будут свернуты.

Так, агентство Fitch Ratings молниеносно понизило долгосрочные рейтинги дефолта эмитента («РДЭ») Грузии в национальной и иностранной валюте с уровня «BB-» (BB минус) до «B+». Агентство также подтвердило краткосрочный РДЭ страны в иностранной валюте на уровне «B».

«Усиление или затяжной характер военного конфликта, — отмечает глава аналитической группы Fitch по суверенным рейтингам европейских стран с развивающейся экономикой Эдвард Паркер, — повлечет за собой экономические затраты и может привести к потенциальным факторам уязвимости для грузинской экономики». В этом случае вероятно повышение государственных расходов и увеличение дефицита бюджета. Другие риски включают снижение доверия со стороны иностранных инвесторов, которое может привести к сокращению прямых иностранных инвестиций и других притоков капитала, необходимых для финансирования значительного отрицательного сальдо счета текущих операций Грузии, которое в прошлом году составляло около 20% ВВП. Кроме того, говорит Эдвард Паркер, в случае снижения доверия со стороны населения Грузии возможно усиление давления на банковскую систему, национальную валюту и золотовалютные запасы страны.

По мнению Бориса Соловьева, вопрос восстановления инвестиционной привлекательности Грузии во многом будет зависеть от оценки международным сообществом действий грузинских властей, от итогов выборов президента США и от того, останется ли Саакашвили на посту президента страны. Если политика Грузии в ближайшее время не изменится, то даже поддержка США не будет способствовать ощутимому притоку денежных средств в страну.

«Деньги любят прежде всего стабильность и предсказуемость», — подчеркивает Соловьев. А в условиях, когда объект инвестирования в любой момент может быть уничтожен ракетно-бомбовым ударом, желающих вкладывать деньги вряд ли будет много. Особенно, учитывая нынешние проблемы с ликвидностью и «дороговизной» заемных средств.

Наверное, грузинский президент меньше всего думал о том, что он потеряет — терять ему было по большому счету нечего. От войны убытки ощутят другие. Грузинское же руководство желало, скорее всего, приобрести утерянную было стратегическую перспективу.

Ведь еще неделю назад Грузия была, мягко выражаясь, в очень серьезном положении. Она «удачно» растранжирила позитив конца 2007 года, основанный на согласии мирного урегулирования территориальных проблем. А теперь: не приняли в Европу, не приняли в НАТО, кредиты под очень большим вопросом, а деньги банально закончились. Экономика на грани коллапса. К этому надо прибавить нарастающий сепаратизм. И все это на фоне недвусмысленно подстрекательских заявлений американского Госдепа в духе «заграница вам поможет». В этих условиях «союз меча и орала» не мог не сложиться. И режим Саакашвили доживал бы последние месяцы, если бы он, как умный человек, не понимал, что «нельзя создать спрос, но можно создать условия, которые вызовут спрос». Иными словами, необходимо создать такие условия, при которых «заграница» вынуждена будет помогать. Помогать финансово, организационно, и вообще как угодно.

В этих условиях военная акция против Южной Осетии, изначально задуманная как фарс и сыгранная как авантюра, решает все поставленные задачи. Саакашвили из авантюриста-неудачника превращается в национального лидера, защищающего свою страну на своей территории. Соответственно Америка, Британия, Франция начинают сбор пожертвований на освободительную борьбу «маленького, но гордого» грузинского народа, держа в уме, что ослабление России им сверхвыгодно.

Вряд ли нынешнему руководству Грузии удастся договориться с Россией, Южной Осетией и Абхазией и полностью снять напряженность в регионе. В этом случае о каких-либо серьезных «рыночных» инвестициях в страну можно забыть.

Впрочем, возможен и вариант смены президента Грузии. Если новое руководство страны будет проводить дружелюбную к своим соседям политику и сможет урегулировать проблемы с Южной Осетией и Абхазией мирным путем, то уже в течение года можно ожидать повышения инвестиционной привлекательности государства и начала притока инвестиций. При этом не исключено, что одними из крупнейших инвесторов в экономику Грузии в этом случае могут стать, прежде всего, Россия и Казахстан, как наиболее экономически сильные и стабильные страны на постсоветском пространстве.

Казахстан
Больше, чем Грузия на осетинском конфликте, в экономическом плане потеряют страны — инвесторы, которые соблазнились видимыми успехами страны и вложили средства в развитие грузинской инфраструктуры. Казахстан, пожалуй, первый в ряду таких стран, хотя и не на государственном, а на частном уровне. Однако этот уровень таков, что грань между частным ущербом и государственным практически не просматривается. Какие средства могут потерять в Грузии казахстанские инвесторы, демонстрирует таблица 1.

По оценкам грузинской стороны, совокупный объем казахстанских инвестиций в указанные сферы, приток которых начался в 2005 году, только в 2006 году составил от $300 до 500 млн. «Если будут реализованы все задуманные совместные проекты, их объем может возрасти до $1 млрд». На сегодняшний день, по данным БТА Банка, совокупный объем инвестиций в Грузию составил 2% от корпоративного портфеля. Правда, в БТА подчеркивают, что эти инвестиции складываются не из собственных средств банка, это средства частных вкладчиков.

«Стоимость того или иного актива, — говорит Борис Соловьев, — определяется тем, сколько за него готовы заплатить на рынке, а сейчас какие-либо активы в Грузии невозможно продать за их «справедливую» стоимость».

Судя по объемам инвестиций, грузинская власть справедливо называла Казахстан инвестором №1. Впрочем, эти средства — еще не все. Как сообщало агентство «Казахстан Сегодня» со ссылкой на Министерство финансов Грузии на 31 января 2007 года, объем государственного внешнего долга страны Казахстану составил $27,7 млн, а вместе со средствами на обслуживание долга — около $50 млн.

Теперь эти средства, наряду с деньгами частных инвесторов, будут наверняка заморожены, а затем, возможно, и «реструктурированы».

Как считает заведующая отделом экономических исследований КИСИ Анар Рахимжанова, если Грузия окажется неспособной к мирному разрешению ситуации, то все выгоды инвестиций в проекты на ее территории могут быть перенесены в соседние страны, обладающие транспортными и рекреационными ресурсами, необходимой инфраструктурой. В этом случае казахстанским компаниям-инвесторам придется ограничить свою деятельность и учитывая направленность вложений, значительная часть средств будет заморожена, даже если не пострадает от ведения боевых действий.

На взгляд Бориса Соловьева, наибольший урон нанесен именно гостиничному бизнесу, который ориентирован по большей части на жителей стран СНГ. Под влиянием информационных сообщений, еще долгое время многие потенциальные клиенты грузинских отелей будут выбирать курорты Краснодарского края, Крыма или более интересные по соотношению цены и качества отели Турции, Египта, Туниса, Черногории.

Как говорил Михаил Саакашвили: «Казахстан умеет брать на себя оправданные риски, действовать решительно, у них есть четкое видение, куда направлять свой капитал. Надеюсь, Грузия не подведет Казахстан». И Грузия, действительно, не подвела.

И надо к потерям мгновенным присовокупить потери будущего. Такие, как риск от потерь грузинских трубопроводов и портов. «Полное разрушение транзита энергоносителей через территорию Грузии, — говорится в докладе инвестиционной компании «Тройка диалог», — способно привести к срыву их поставок из Каспийского региона».

Пока российско-грузинский конфликт отразился только на морских поставках. В воскресенье Азербайджанская национальная нефтяная компания (ГНКАР) заявила о прекращении экспорта нефти через грузинские порты и эвакуации персонала с терминала Кулеви. Азербайджанскому примеру последовал и Казахстан.

Однако если конфликт затянется, то это, говорится в докладе компании «Тройка диалог», «может заставить вновь задуматься над рисками использования для транзита грузинской территории при реализации ряда международных проектов в нефтегазовой сфере». В свою очередь, подобная задумчивость может поставить крест на амбициозных планах Казахстана по прокачке нефти альтернативными маршрутами, а заодно и на связанных с ними преференциях, которые так щедро обещали западные партнеры.
США
Сам вопрос звучит, наверное, странно: когда это Америка была пострадавшей стороной, она обычно получала дивиденды, начиная, пожалуй, с Первой мировой войны. По большому счету так дело обстоит и сейчас, если не учитывать одного нюанса. В Америке грядут президентские выборы, и нагнетание напряженности ой как не вовремя. Причины самые прагматичные: по итогам первой недели конфликта в России, по сообщению аналитика казначейства ВТБ Николая Кащеева, доллар снова стал восприниматься как тихая гавань, а на подпитку экономики России деньгами иностранных инвесторов рассчитывать более не стоит. Так что грозные заявления американских официальных лиц — поза, «ноблесс оближ». Так что своего американцы уже добились, осталось подождать и посмотреть, действительно ли они добились большего, например, своей войны с Ираном?

Китай
Тоже пострадавшая сторона. Основные деньги отбиваются трансляциями состязаний, а эти каналы сейчас перегружены другими новостями. По мнению некоторых аналитиков, китайская сторона может потерять от подобного «недостатка внимания» порядка миллиарда долларов.

На сегодняшний день поставленная Россией задача решена: перемирие, хотя и шаткое, достигнуто, огонь прекращен с обеих сторон. В орбиту южноосетинского конфликта были втянуты не только страны, непосредственные участники, такие как Россия, Грузия, США, но и те, кто участвовать в нем не собирался вообще — Казахстан и Китай. Последние две страны можно смело назвать пострадавшими ни за что. В конфликте, хоть и косвенно, участвовали Евросоюз и Израиль, под угрозой зона Персидского залива. В этом перечне трудно отыскать сторону, не пострадавшую в экономическом смысле. Еще тяжелее придется всем, если безумная авантюра грузинской стороны была только разменной картой в гораздо более масштабной игре, в которой осетинский конфликт только запал.

Курсив-справка
На итоговой пресс-конференции президентов России и Франции Медведев зачитал «шесть принципов», на базе которых Россия готова начать мирные переговоры с Грузией. Первый — не прибегать к использованию силы; второй — окончательно прекратить все военные действия; третий — обеспечить свободный доступ к гуманитарной помощи; четвертый — вооруженные силы Грузии должны вернуться в места их постоянной дислокации, а вооруженные силы России выйти на линию, предшествующую началу боевых действий; пятый — российским миротворческим силам разрешается принять дополнительные меры безопасности «до создания международных механизмов». Наконец, шестой — международное сообщество должно быть готово к обсуждению «вопросов будущего статуса Южной Осетии и Абхазии и путей обеспечения их прочной безопасности».