Новости

Чем грозит поток наемных рабочих из других стран Казахстану?

Трудовые мигранты высокой квалификации рассматривают Казахстан как транзитную базу

Трудовые мигранты в Казахстане занимают те ниши, в которых местное население не желает работать из-за низкой оплаты труда и отсутствия социальной подушки, тогда как трудящиеся из других стран приезжают работать на этих же позициях и принести в бюджет собственной страны миллиарды долларов. «Къ» решил узнать мнение политолога, кандидата политических наук Досыма Сатпаева о том, чем грозит поток наемных рабочих из других стран Казахстану.

– Что движет трудовыми мигрантами, направляющимися в Казахстан?

– Основными поставщиками трудовых мигрантов в нашу страну являются три государства Центральной Азии: Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан. Для этих стран трудовые мигранты являются не просто людьми, которые временно покинули свою родину, чтобы найти работу в других странах. Они являются очень важным экономическим фактором – ежегодные денежные поступления, которые идут от трудовых мигрантов в эти страны, исчисляются миллиардами долларов. Кроме того, они играют и определенную политическую роль. Выезд большого количества трудоспособного населения меняет политический ритм: за счет миграции значительной части активного населения в определенной степени снижается уровень протестных настроений.

Но опять же, это палка о двух концах. С другой стороны, такая тенденция наносит большой удар по будущему этих стран, потому что вместе с трудовыми мигрантами из этих стран вымывается и человеческий капитал. Основная часть работников выезжает в Россию. Казахстан несколько менее привлекателен для трудовых мигрантов: меньше рынок труда и существует более жесткая конкуренция со стороны местных граждан. Правда, есть и плюсы. В первую очередь в Казахстане более благоприятный психологический климат, ниже риски потери жизни из-за действий экстремистских организаций, которых в России достаточно много. Хотя, как показала недавняя ситуация с автобусом, где погибли граждане Узбекистана, риски могут появляться достаточно непредсказуемо и в неожиданных местах. Россия и Казахстан одинаковы с точки зрения наличия теневого рынка, да и сферы схожи: торговля, строительство, сельское хозяйство.

– Изменится ли количество трудовых мигрантов в ближайшие годы?

– Рассчитывать на то, что потоки сократятся, я бы не стал. Единственным исключением может оказаться Узбекистан, если новый глава проведет более успешную экономическую реформу, которая позволит активнее стимулировать экономическое развитие страны, что приведет к появлению новых рабочих мест. Возможно, повысятся требования к квалификации, что в какой-то степени увеличит и уровень человеческого капитала. Но на это нужно время, и вряд ли это сможет произойти за 5 или 10 лет.

– Насколько выгоден для Казахстана постоянный приток низкоквалифицированных работников из других стран?

– Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и другие страны. С одной стороны, трудовые мигранты выгодны – они занимают те ниши, в которых не хотят работать местные жители из-за низкой оплаты труда, минимального обеспечения техники безопасности, отсутствия прав, гарантий. Вместе с тем наличие трудовых мигрантов несет определенные риски. Именно в среде трудовых мигрантов, граждан Таджикистана, Узбекистана и Кыргызстана, активно работают экстремистские организации. Это очень благоприятная социальная среда для распространения радикальных идей, и это очень серьезная угроза. Аналогичную ситуацию мы видим и в других странах. Еще одна проблема – там, где появляется трудовые мигранты, которые в основном работают в теневом сегменте, обязательно активно пускают корни различные криминальные группы, которые за счет мигрантов начинают неплохо зарабатывать.

– Как обстоит ситуация с мигрантами с высокой квалификацией, им интересен Казахстан?

– Для Казахстана важно, как, впрочем, и для всех стран Центральной Азии, создать такие условия, при которых существующая система образования могла бы готовить хорошие местные кадры, соответствующие трендам текущего времени. По прогнозам экспертов, многие из тех молодых людей, которые поступают даже в высшие учебные заведения или в ближайшие 5 лет собираются это сделать, на выходе могут оказаться абсолютно никому не нужными, потому что поменяется рынок труда. В первую очередь это связано с тем, что во многих странах идет активная цифровизация и роботизация. Потребность будет только в низкоквалифицированной рабочей силе. В этом плане все страны Центральной Азии находятся в зоне риска. Кроме того, в страну постоянно прибывает низкоквалифицированная рабочая сила, но из самого Казахстана уезжают многие специалисты и молодые люди с высшим образованием, которые пытаются реализовать себя в других странах. Мы столкнулись несколькими проблемами: утечка мозгов, которая ускоряется и увеличивается с каждым годом и кризисом системы образования внутри страны. Примерно такие же проблемы мы наблюдаем в других странах Центральной Азии. В то же время некоторые из граждан Кыргызстана или Узбекистана с хорошим образованием, приезжающие в Казахстан, рассматривают его как перевалочную базу, чтобы позже, когда они смогут получить опыт и набрать определенные финансовые ресурсы, переехать в Россию, страны Западной Европы и в США. Это большая проблема: мы теряем кадры, как свои, так чужие. На глобальном конкурентном рынке человеческих мозгов, человеческого капитала мы – непривлекательный игрок. В США, странах Европейского союза и даже в Китае на уровне государственной программной политики создаются благоприятные условия для приезда в страну как собственных граждан с высокой квалификацией, так и иностранных, чтобы они заняли те ниши, в которых государство чувствует определенные провалы или испытывает желание развиваться. К сожалению, мы в этом плане очень сильно отстали.

– Сможем ли наверстать упущенное?

– На текущий момент я не вижу даже попыток нейтрализовать это отставание. У нас была и есть программа «Болашак». Страна рассчитывала, что молодые казахстанцы, получив образование за рубежом, приедут домой и смогут модернизировать, улучшить сферу экономики, госуправления. Но мы сейчас видим, что на самом деле ничего этого не произошло. Кто-то остался за границей, вернувшиеся стараются работать на госслужбе или в нацкомпаниях, мало кто в науку идет или занимается бизнесом, венчурными инвестициями. Все ищут теплое местечко с хорошей зарплатой и социальным пакетом. «Болашак» не стал мощным драйвером интеллектуального развития страны. Например, Куандык Бишимбаев как раз является представителем того поколения, на которое делалась ставка, но, как мы видим, он надежд не оправдал. Поэтому я думаю, что битву за мозги мы проигрываем, не только за свои, но и за чужие. Недавний скандал в научной сфере касательно распределения грантов явный тому пример. Этот конфликт вытащил на поверхность давнюю проблему – наука в Казахстане давно уже заплесневела и нуждается в хорошей встряске, необходима свежая кровь, и государство не должно на этом поле быть главным игроком. Государственное финансирование науки всегда превращается в какой-то цирк, шоу, от которого удовольствия не получает никто, кроме его создателей. А в это время многие молодые талантливые ученые, которые хотели бы посвятить себя науке и заложить основу для развития интеллектуального сегмента страны, уезжают из страны, потому что понимают, что здесь не нужны настоящие ученые, которые занимаются практикой, хотят проводить исследования, принести что-то новое в науку, а не заниматься просто растратой государственных денег на бесполезные исследования, которые проводятся только потому, что попали под госзаказ. Это столкновение двух поколений, двух разных мировоззрений. Мы во всех сегментах наблюдаем ретроградство и геронтократию, которые побеждают новаторство и желание экспериментировать. Поэтому те, кто проигрывает битву, стараются уехать.

Статистика Министерства труда и социальной защиты населения РК

ФОТО: Открытая Азия