Ресурсы

Эксперт: «Молодежь большей угрозой для себя считает коррумпированность общества, чем экстремизм и терроризм»

По мнению представителя КИСИ, основными причинами присоединения людей к радикальным течениям являются тяжелое материальное положение и низкий уровень образования

Старший научный сотрудник, исполняющая обязанности отдела международных исследований Казахстанского института стратегических исследований Анастасия Решетняк подвергла резкой критике работу государственных органов по контрпропаганде терроризма и экстремизма в стране.

В ходе международной конференции «Новые вызовы и подходы по региональной и глобальной безопасности в Центральной Азии» Решетняк напомнила, что в настоящее время в Казахстане действует вторая госпрограмма по противодействию терроризму и религиозному экстремизму в Казахстане на 2018-2022 годы, и по сравнению с предыдущей программой в ней расширено медиаприсутствие государства – в основном, это связано с работой в социальных сетях и на специализированных сайтах.

«Программой предусматривается привлечение блогеров и НПО, ведение аккаунтов в социальных сетях и создание в обществе иммунитета к радикальной идеологии, а также функционирование единой республиканской горячей линии 114 – на нее выделяются средства, но она не работает с ноября прошлого года. Одновременно в плане мероприятий по реализации этой госпрограммы есть такой пункт, как организация сопровождения аккаунтов в соцсетях и размещение там видео. И тогда как вся другая работа оплачивается, по этому направлению в течение пяти лет денег не выделяется», — констатировала эксперт.

«Я думаю, все знают прекрасно, как оплачивается работа SMM, это очень высокооплачиваемые специалисты, у которых есть очень высокие навыки, которые умеют продвигать информацию в соцсетях, которые умеют привлекать аудиторию. В нашем государстве на эту работу денег не требуется, потому что, видимо, соответствующие наши органы располагают очень большим количеством свободного времени и очень большими компетенциями для того, чтобы делать эту работу бесплатно», — добавила она.

Представительница КИСИ подчеркнула, что на практике вся эта работа делается госорганами некачественно, и целевая группа, то есть молодежь, не приходит на эти сайты.

«Что делается оффлайн? Это большая работа, которая ведется большими разъяснительными группами… на это выделяется очень большой процент от общего бюджета. На страницах в соцсетях чаще всего это выглядит вот так: фото с какого-то мероприятия, под ней текст: «На заводе Н в городе М такого-то числа такого-то месяца была проведена информационно-разъяснительная встреча по вопросам экстремизма и религиозного экстремизма – точка. Были заданы вопросы – точка. Были получены ответы – точка». По-моему, это отличный пример того, как ведется контрпропаганда терроризма в Казахстане, и как молодежь будет это оценивать… Такой уровень работы еще больше провоцирует недоверие к государственным структурам в обществе, особенно со стороны молодежи», — продолжила Решетняк.

Она заметила, что никого не удивляет низкая посещаемость таких сообщений, у которых нет репостов и лайков, а максимальная их посещаемость – несколько тысяч просмотров. К тому же, продолжила эксперт, в Казахстане контррадикальная пропаганда имеет ярко выраженную религиозную окраску, что не совсем верно.

«Большая проблема в том, что, если религия на самом деле не является настоящей причиной терроризма и радикализма, соответственно, как она может быть ответом на радикализм? А все, что делается в данном направлении, имеет строгую религиозную окраску. Какие контрнарративы применяются в этой работе: у нас есть неправильный ислам, последователи которого становятся террористами, и есть наш, такой комнатный, хороший ислам, и если вы будете следовать его канонам, будет все хорошо. И если условно не допускать в наш дом инфекции, то все у нас будет хорошо – но проблема в том, что все не так просто», — говорит старший научный сотрудник.

По ее словам, социсследования КИСИ показали, что сама молодежь большей угрозой для себя считает коррумпированность общества, чем экстремизм и терроризм, более того, люди убеждены, что в вопросах противодействия радикализму от них ничего не зависит.

«Опрошенные почему-то считают, что в стране эффективно ведется борьба с терроризмом, но на вопрос – «А как именно проводится эта борьба?» – ответа они дать не могут, к сожалению. Очень высок уровень патернализма – большинство опрошенных считает, что борьбой с радикализмом должно государство на уровне «Запретить, ужесточить, наказать»: это те методы, которые получают максимальную поддержку у молодежи», — отметила Решетняк.

При этом основными причинами присоединения людей к радикальным течениям большинство, по ее словам, считает тяжелое материальное положение и низкий уровень образования — причем в гораздо большей степени, чем пропаганда какими-то чужеродными элементами.