Ресурсы

Десятки деревень СКО скоро будут ликвидированы

Бюджетные деньги будут выделяться только на перспективные села

В октябре во время своего рабочего визита в СКО министр труда и социальной защиты Мадина Абылкасымова заявила, что теперь бюджетные деньги будут выделяться только на перспективные села. Данная мера реализуется в рамках обновленной программы развития регионов. Деревни с населением меньше 50 человек постепенно будут ликвидироваться. 

Приказали долго жить

Потенциал деревень исполнительные власти вычисляют при помощи мониторинга социально-экономического развития. Так, в СКО по итогам анализа в 2017 году из 664 имеющихся поселков высокий уровень жизни был отмечен только в 160. Средний потенциал местные исполнительные органы присвоили 482 селам, тогда как 22 получили статус самого низкого уровня. В начале 2018 года определены 103 деревушки с численностью населения меньше 50 человек, в том числе 38, в которых едва насчитывается 10 жителей. Последние и собираются ликвидировать. Стоит отметить, что в прошлом году в регионе упразднили только четыре села.

В Павлодарской области, по информации заместителя руководителя управления экономики и бюджетного планирования Манаса Зейфолды, на начало текущего года насчитывалось 368 поселков. На сегодня 11 из них упразднены. Еще осталось семь деревень с численностью населения меньше 50 человек. По ним решение пока не принято. 

«В Павлодарской области проходит оптимизация. Села упраздняются только в том случае, если нет перспективы их развития: отсутствуют производственные мощности, объекты переработки и прочее. В этих селах не имеется и социальная инфраструктура. Село ликвидируется как юридическое лицо, объединяясь с другим ближайшим населенным пунктом», – прокомментировал для «Къ» г-н Зейфолда.

В Костанайской области число сел в последние годы также активно идет на убыль. За 20 лет исчезло больше 200 поселков. Еще в 2004 году в регионе насчитывалось 755 населенных пунктов, в 2007 году их было уже 692, а в 2014-м – 598. Как и везде, это деревни с низким потенциалом развития. Пустеют в основном отделения сельских округов, тогда как в центральных усадьбах жизнь продолжается.

Заставить уехать нельзя

В неперспективных селах Северо-Казахстанской области на сегодня проживают 153 человека. В основном это люди взрослые, пожилые. В этих деревнях нет школ, отсутствует какая-либо социальная инфраструктура, нет базовых крестьянских хозяйств. В 33 селах не имеется централизованного водоснабжения, привозной водой пользуются в пяти поселках. 

Как будет проводиться работа по упразднению таких сел, журналистам местных и республиканских СМИ рассказали в управлении экономики СКО. Руководитель отдела развития сельских территорий Жанар Ахмиева отметила, что перед тем как вычеркнуть деревню из карты области, вопрос должен быть обсужден на внутренних сходах самими сельчанами. 

«Соблюдаются все нормы Конституции. После сходов местными исполнительными органами выносится предложение по переселению или упразднению либо присоединению одного села к другому. Подаются предложения в аппарат акима области, информация обрабатывается, изучается и выносится на обсуждение общественного совета, а затем на решение сессии областного маслихата», – говорит г-жа Ахмиева. 

В ближайшее время региональный общественный совет обсудит судьбу 15 неперспективных сел. Сейчас вся документация по ним проверяется органами юстиции, далее слово за решением сессии областного маслихата. При этом, отмечает спикер, принудительно никто выселять людей из таких деревень не будет. Если жители примут решение остаться, то у них будет такая возможность. 

Три года одиночества

Корреспондент «Къ» посетил несколько таких сел в Тайыншинском районе Северо-Казахстанской области. Деревень, обреченных на вымирание, на сегодня здесь насчитывается семь. В каждой проживают максимум по 10 человек. В основном оставшиеся жители – люди возрастные, но далеко не все на пенсии. Социальные объекты здесь давно отсутствуют, работы нет. 

«В текущем году из двух сел мы последних людей переселили в более перспективные. В соответствии с законом об административно-территориальном устройстве принято решение районного маслихата об их закрытии. По остальным сейчас проводим работу с населением, пытаемся убедить их переехать», – рассказал «Къ» заместитель акима Тайыншинского района Талгат Амиржанов.

Село Липовка располагается вдоль республиканской трассы Астана – Петропавловск. Это единственное благо цивилизации, доступное сельчанам в последние годы. Сейчас о том, что здесь когда-то кипела жизнь, говорят разве что периодически встречающиеся среди развалин старых домов вручную вырытые много лет назад колодцы. На окраинах виднеются руины животноводческих баз, да неподалеку пасется скот крестьянского хозяйства, расположенного в соседней Келлеровке. Впрочем, процветающей деревней Липовка и не была. Водопровод в село так и не провели, школу закрыли много лет назад. Постепенно разъехались и местные жители. Правда, не все. 

Три года в полном одиночестве там прожил ветеран войны в Афганистане Сергей Шевчук. В начале этого года районные власти убедили его все-таки перебраться к людям. Даже предоставили дом в близлежащей Богатыровке. Жилье воину-интернационалисту купил местный предприниматель. К слову, в этой деревне недвижимость для сельской местности достаточно дорогая – в среднем частный дом с двумя комнатами обходится в 1 млн тенге. Сейчас Сергей Шевчук постепенно обживается на новом месте да присматривает для себя работу, поскольку на ветеранскую «социалку» в 15 тыс. тенге даже в селе прожить трудновато. Благо финансово помогают дети, проживающие в России. Переезжать к ним ветеран не захотел. К годам жизни в заброшенной деревушке и внезапному переезду он старается относиться с оптимизмом. 

«Жить один в селе не боялся, но не жалею, что переехал. В Липовке магазинов давно не было, приходилось ходить в соседнее село Кременчуг за пять километров», – прокомментировал «Къ» афганец.

Глубокая проблема

Однако жители другого села в том же Тайыншинском районе – Глубокого – категорически против переезда. В деревне в данный момент проживают всего шесть человек. Дома разбросаны по населенному пункту, но оставшиеся жители стараются держаться вместе: помогают друг другу, отмечают совместно все праздники. Главным местом сбора уже много лет здесь является небольшая католическая часовня, в которой служит сестра Беата из Польши. Именно вокруг часовни сейчас и сосредоточена основная деятельность. Несмотря на то что село практически заброшено, католики здесь собираются открыть центр реабилитации детей с ДЦП. Каждый помогает чем может: кто-то привозит материалы, кто-то берет на себя ручной труд. 

«Дел всегда много, – отмечает местный житель Валентин Гарбовский. – Занимаемся хозяйством, держим коров, свиней, у всех есть огороды. Ближайший магазин находится в семи километрах от нас. Езжу туда по необходимости, закупаю продукты для себя и сельчан. Часто коммерсанты сами приезжают, у них закупаемся. Скучать здесь некогда».

Переезд – тема для жителей этого села закрытая. На уговоры местных властей они отмахиваются. Говорят, что здесь у них есть все необходимое для жизни.

«Все говорят нам: как вы здесь живете? Ну и что, что тут мало людей. Мы уже привыкли. Здесь есть все возможности, чтобы жить. Мы являемся пайщиками, нам каждый год дают зерно. В прошлом году, например, семь тонн дали. Для меня это очень много, мне хватает. Когда-то была программа по переезду в районный центр Тайыншу. Обещали дать там квартиру и больше ничего. Но я же сельский житель, мне нужно где-то копаться, хозяйство держать», – рассказал «Къ» Валентин Гарбовский.

Программа, о которой говорит Гарбовский, – это так называемое четвертое направление «Дорожной карты занятости». Многие крестьянские хозяйства СКО сегодня взяли эту практику на вооружение и самостоятельно строят дома для потенциальных работников. Кроме того, 3 тыс. новых квартир для привлечения трудовых ресурсов в сельскую местность до 2021 года намерены построить областные власти. Раньше в Глубоком были школа, медпункт, баня и ряд социальных объектов. Сейчас не осталось ничего. 

По руинам даже местные затрудняются точно указать, что где находилось. Медицинского работника в деревне нет, необходимо ездить в центральную усадьбу Красную поляну. В остальном же всех все вполне устраивает. Пенсию в село привозят, электричество и телефонная связь имеются, дороги зимой при необходимости районные власти расчищают. Старожил Глубокого Галина Иваненко уехала к детям в другую деревню, но не выдержала перемен и вернулась в свой старый дом, в котором всю жизнь прожила с ныне покойным супругом. Говорит, дети ее часто навещают, а скучать в одиночестве не дают дела – огород летом, вязание зимой и большое кошачье семейство.

«Село было прекрасное, с трудолюбивыми людьми. Было много баз, все работали. Порой даже рабочих рук не хватало. А потом все пошло на спад, люди начали уезжать. У каждого свое понимание счастья. Мне здесь комфортно, я живу по пословице «Старое дерево не пересаживают». Ни за какие деньги не перееду!» – говорит пенсионерка.

Оптимизма сельчанам добавляет тот факт, что сейчас ремонтируется ведущая к Глубокому внутрирайонная трасса. Это значит, что до ближайших деревень и райцентра добраться можно будет быстрее. Впрочем, само Глубокое с его ухабистыми дорогами ремонтная кампания уже не охватит. В районном акимате отмечают: неперспективные села будут либо закрываться, либо, если жители не захотят уезжать, присоединяться к другим населенным пунктам. Смена прописки будет единственной переменой в этом случае – умирающим поселкам просто дается немного времени, пока там кто-то еще живет. Однако вкладывать деньги в такие деревни государство не станет.