Памяти Эннио Морриконе: почему новую ленту о гениальном кинокомпозиторе стоит посмотреть всем
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-5-blogspot.com_.jpeg)
В сети появился документальный фильм Джузеппе Торнаторе «Эннио. Маэстро», посвященный творчеству популярного итальянского композитора Эннио Морриконе, чьи произведения звучат в бессмертных картинах Серджио Леоне, Бернардо Бертолуччи, Пьера Паоло Пазолини, Брайана Де Пальмы, Романа Поланского, Терренса Малика, Дарио Ардженто, Джона Карпентера, Лилианы Кавани, Квентина Тарантино, Педро Альмодовара и многих других. «Курсив» рассказывает, что интересного можно узнать из этой работы хронометражем в два с половиной часа.
«Эннио. Маэстро» — это большое и нежное посвящение Торнаторе (он снял «Лучшее предложение», «Новый кинотеатр «Парадизо») — своему кумиру, другу, любимому композитору Эннио Морриконе. Талант Морриконе не вместить в три его «Золотых глобуса», в 6 премий BAFTA в категории «Лучшая оригинальная музыка к фильму» и даже в две статуэтки «Оскара». В первый раз его наградили «золотым человеком» в 2007 году за выдающиеся заслуги в кинематографе, во второй раз, спустя 9 лет — в 2016 году за «лучшую оригинальную музыку» к картине Квентина Тарантино «Омерзительная восьмерка». Номинаций на главную награду Киноакадемии, конечно, было в десятки раз больше, но Морриконе всегда проигрывал тем, о которых сегодня даже не вспоминают. Зато он получил куда более важный бенефит — бессмертие. Поэтому совсем неудивительно, что над документальным проектом в его честь работала такая команда: исполнительным продюсером ленты, посвященной Морриконе стал Вонг Кар-Вай, а интервью в нем дают почти все вышеперечисленные режиссеры, работавшие с ним, включая еще и Клинта Иствуда. Много комментируют и его знаменитые коллеги — кинокомпозитор Ханс Циммер; лауреат 27 премий «Грэмми», продюсер, трубач Куинси Джонс, а также итальянская поп-звезда Джанни Моранди, для которого Морриконе долгое время сочинял песни. К сожалению, выхода этой картины сам мастер не дождался и умер в римском госпитале в 2020 году в возрасте 91-го года.
Строгий распорядок дня, ни одной свободной минуты
Фильм о Эннио Морриконе начинается с самого обычного утра маэстро — композитор готовится к рабочему дню — делает зарядку, разминается в своей библиотеке, дирижирует, стоя перед многочисленными книгами, будто бы находится на сцене перед публикой, потом завтракает, а затем приступает к сочинительству. Когда Морриконе однажды спросили сколько саундтреков, симфоний и других музыкальных произведений он создал, он затруднился ответить — не считал. Но учитывая, что именитый итальянец был всегда очень востребован и писал музыку к кино еще с 60-х годов почти до самой смерти, то кто-то вывел, что в самые активные годы мэтр писал в среднем не меньше одного творения в месяц. Потом появились и более четкие цифры: IMDb присвоил композитору абсолютный рекорд, согласно их подсчетам, музыка Морриконе звучит в 522 фильмах и телесериалах. Этот гений мог жить лишь одними своими киносочинениями, но он ведь писал и серьезную камерную музыку, с которой, бывало, даже совершал европейские туры, лично дирижируя своим оркестром на концертах. Автор бессмертных саундтреков всегда скромничал и свою плодовитость объяснял совсем не талантом, а трудолюбием — он работал с самого детства до глубокой старости каждый божий день, он рано ложился спать и рано вставал, и трудился не менее 10 часов в день. При этом он довольно быстро сочинял музыку и одному режиссеру мог предоставить около 10 возможных вариаций. Если нужны были правки, он их вносил, порой ворча, не соглашаясь, но пытаясь доверять режиссеру. Итог почти всегда был ошеломительным, даже когда сам маэстро считал музыку неудавшейся, она непременно завоевывала миллионы поклонников.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-6-media-amazon.com_.jpeg)
Забавно, что несмотря на грандиозный опыт сотрудничества с голливудскими режиссерами, он так и не переехал в Америку, а жил и творил в родной Италии, при этом он, кажется, так и не смог выучить английский язык на должном уровне. Говорят, что, когда он получал свою первую статуэтку «Оскара», его торжественную речь на английский переводил Клинт Иствуд.
Мелодии Морриконе были так хороши, что некоторые использовались не один раз, к примеру, его знаменитая Chi Mai («Кто бы ни…») звучала в трех фильмах: в эротической мелодраме «Магдалена» Ежи Кавалеровича в 1971 году, затем, спустя 10 лет, в боевике «Профессионал» Жоржа Лотнера с Жан-Полем Бельмондо в главной роли. А еще через год в военном детективе Серджиу Николаеску «Встреча». Потом эту музыку можно было услышать еще в трех сериалах, но это уже другая история.
Многие его саундтреки вышли за пределы кино, к примеру, под The Ecstasy of Gold из «Хорошего, Плохого, Злого» долгое время начинала свои концерты группа Metallica. Под нее же выносят в финале чемпионата кубок УЕФА. Концерты, где дирижировал сам Морриконе, собирали сотни тысяч людей, ничуть не меньше, чем собирается у поп-идолов. Может ли композитор мечтать о чем-то большем? Может. Об этом мы и расскажем.
«Играл за еду»: Как Эннио пришел к музыке?
В ленте именитый итальянец вспоминает свое детство и тех людей, которые заложили основу его музыкальной культуры. Эннио Морриконе — настоящий римлянин, он родился 10 ноября 1928 года в вечном городе, в семье профессионального джазового трубача Марио Морриконе и его супруги Либеры Ридольфи. Эннио был старшим из пяти детей и отец его сызмальства отдал учиться играть на трубе, апеллируя к тому, что этот инструмент прокормит его всегда. Семья жила бедно и первое время Эннио играл на трубе за еду, «это был унизительный опыт, — вспоминал он потом. — Из-за этого я разлюбил ее звук». Интересно, что с этим инструментом у композитора были особые отношения. В картине он признается, что как трубач по первому образованию он не мог не использовать в своих сочинениях партии для трубы. Долгое время он даже отдавал все заказы отцу-трубачу, чтобы тот чувствовал себя нужным и мог на этом заработать, однако, когда папа в силу возраста стал терять навыки, он просто исключил ее из своих музыкальных произведений — так и не смог признаться отцу, что тот стал плохо играть. После смерти родителя он вновь обратился к этому инструменту.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-2-metallica.com_.jpeg)
В 12 лет Эннио был зачислен в ученики римской консерватории Санта Чечилиа, там его Учителем стал знаменитый музыкальный педагог и композитор Гоффредо Петрасси, которого Морриконе боготворил всю жизнь, именно перед ним он испытал угрызения совести и чувство вины, что бросил большую классику ради кино. Петрасси привил талантливому ученику хороший вкус и любовь к творчеству Стравинского. За 11 лет обучения Эннио получил образование по трем направлениям и стал обладателем диплома по классу композиции, оркестра и трубы. Когда в фильме он вспоминает своего учителя, глаза Морриконе увлажняются. Особенно трогательным вышел момент, где он делится их разговором по душам, который состоялся много лет назад, там расчувствовался и один, и другой.
Начиная с 16 лет Эннио приходилось совмещать работу с учебой, он частенько заменял отца в ансамбле Альберто Фламини. Где они только ни выступали — ночные клубы, казино, отели, пабы, рестораны, гостиницы и много других злачных мест. Некоторое время будущий композитор работал в театре комедий. Вероятно, большой опыт и разножанровая музыка, которую ему приходилось играть помогли ему избавиться от снобизма классических музыкантов и создавать популярную, если не сказать, народную музыку. Наверное поэтому он сам всеяден, и его аранжировки всегда были очень разнообразны, в них можно услышать и высокую классику, и джаз, и итальянский фольклор, и авангард, и рок-н-ролл. Для записи своих партитур к первым вестернам он использовал нетривиальные инструменты — электрогитары, колокольчики, флейту Пана и прочие.
Как Морриконе стал «отцом аранжировок» и начал работу с легендарным одноклассником — режиссером Серджио Леоне
До 60-х годов аранжировок как таковых не было, считалось, что аккомпанемента для песен было достаточно. Но молодой композитор так талантливо и необычно интерпретировал материал, что вскоре создание аранжировок стало его «фишкой». Он сотрудничал с поп-исполнителями вроде Джанни Моранди и Пола Анки. А в 1961-м году дебютировал в кино, написав музыку к фильму «Фашистский вожак». Правда, от своих академических коллег и своего учителя — Гоффредо Петрасси он свое хобби скрывал и использовал псевдонимы, один из них — Лео Николс.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-1-kino-teatr.ru_.jpeg)
Широкая известность и большой успех пришли к Морриконе после работы над фильмами его бывшего одноклассника, режиссера Серджио Леоне, пригласившим его поработать над кинокартиной «За пригоршню долларов». Забавно, что когда Леоне пришел заказывать музыку, он и понятия не имел, что они когда-то учились вместе. Потом этот дуэт станет легендарным, и Морриконе почему-то начнут считать автором музыки для вестернов, что невероятно его обижало. «Это всего лишь 8 процентов от моего творчества!» — огорчался он. Многие критики считают, что без музыки Морриконе было бы и режиссерского успеха Леоне.
Морриконе — великий экспериментатор
Один из главных уроков кинематографистам, который дает композитор, заключается в том, чтобы они не боялись ломать жанровые условности и даже делали это намеренно, чтобы понять материал с которым они работают. К примеру, сам Морриконе, чтобы почувствовать музыку во всем ее многообразии, любил похулиганить. К примеру, в молодости у него была новаторская группа, где они сочиняли музыку при помощи самых странных звуков, которые только можно было выдать на музыкальном инструменте, «о, это были очень травматичные и даже шокирующие сочетания! — смеялся маэстро в своем интервью Торнаторе. — Мы играли и задом наперед, и держа инструмент верх ногами, и чего только ни делали!». Музыканты пытались выдать что-то вроде мяуканья или свиста, сымитировать звук, который может издавать пустая консервная банка или тазы с булькающей водой. «Я нещадно экспериментировал — писал трубные партии для мужских голосов, а музыку на низком тромбоне сочинял для женских голосов»,- рассказывал композитор. В самом начале своего пути он будто бы пытался разложить всю музыку на ноты и понять из чего она состоит. И для него эти эксперименты были, похоже, лучшей исследовательской работой.
Наверное, поэтому вскоре сам Морриконе мог превратить в музыку абсолютно любой звук, к примеру, порывы ветра или даже шумную демонстрацию, в которой рабочие в определенном ритме кричали свои протестные заявления. На создание музыки его мог вдохновить и звук печатной машинки, и скрип двери, и кряхтение старого паровоза, все, что угодно. Однажды он увидел, как во время подготовки одного из его концертов, рабочий сцены взбирался на старую скрипучую стремянку, именно эти звуки немедленно легли в основу его следующего произведения. Не все знают, что его знаменитый саундтрек к вестерну Серджио Леоне «Хороший, Плохой, Злой» навеян воем койота.
Благодаря отсутствию строгих рамок в своей голове Эннио Морриконе сочинял все — от сложных симфоний до вечной киномузыки и песен для поп-исполнителей вроде Джанни Моранди. Работая над вестернами, он мог, например, перевести всю основную тему на мелодичный свист или щелканье хлыста или же пустить ковбойский галоп под бодрую гитарную музыку, которая сейчас кажется само собой разумеющейся (до него так не делали). И, наверное, благодаря своей всеядности он работал с самыми разными режиссерами от авторов спагетти-вестернов до мастеров ужасов, от созерцающих эстетов до тех, кто снимал крутые триллеры. Единственный режиссер, с кем он хотел поработать, но не получилось был Стэнли Кубрик, он хотел, чтобы Морриконе написал музыку к его «Заводному апельсину», но Леоне был против, и Эннио не стал ссориться со старым другом и отказался.
«Ноты были кирпичиками, из которых он строил свои кафедральные соборы»: как Морриконе писал
Все люди, которые работали с ним, отмечали, что композитор сочинял музыку, не за инструментом, а в своей голове и записывал ноты сразу на бумагу, при этом он мог, например, одновременно говорить и не выпускать из рук телефона, или же играть в шахматы. Кстати, его увлечение шахматами (он даже играл с чемпионами мира и гроссмейстерами уровня Гарри Каспарова и Анатолия Карпова), его умение мыслить абстрактно, держа в уме несколько шагов вперед очень помогали ему писать. Многие коллеги отмечали, что музыка Морриконе так идеальна, будто бы выстроена по всем законам математики. «Он отрицает мелодию? Ой, да бросьте вы, — смеется еще один знаменитейший кинокомпозитор Ханс Циммер. — Он лукавит. Он же живет почти в математическом мире». К слову, когда маэстро рассказывает о том, как он писал музыку на комбинации из трех нот, даже обывателю становилось понятно, что его композиции это не вольные фантазии, а почти точная наука вроде математики. Еще одним плюсом Морриконе коллеги считают его умение сочетать сразу несколько разных тем, они перекликаются между собой и в итоге превращается в уникальное и ни на что непохожее произведение. К примеру, он может сочетать традиционную европейскую музыку с мотивами из индейского фольклора и увязать это все с требуемым жанром и ритмом, подходящим для того или иного кино. Маэстро говорит, что если кино и его задумка была изначально хорошей, то музыка к ней всегда писалась легко и становилась ее естественным продолжением, что же время были у него проекты, сочинять музыку для которых было для него невероятно трудно, но результат все равно был хорош — она работала в картине. При этом сам Морриконе всегда предупреждал, если кино плохое, никакая даже самая гениальная музыка его не спасет.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-3-kino-teatr.ru_.jpeg)
«В своей музыке я искал отмщения»
Когда Морриконе начал писать музыку для кино, он невероятно этого стеснялся, ведь такое сочинительство считалось низким жанром. Особенно неловко ему было перед своим учителем — Гоффредо Петрасси, тот киномузыку особо не уважал и не считал за что-то особенное. Того самого однажды наняли для работы над фильмом, но он написал чересчур сложную музыку и его уволили, заменив на его талантливого ученика — Эннио Морриконе. Хотя Эннио официально превзошел учителя, тот так это и не признал. Только спустя годы и миллионы признаний от самых уважаемых игроков в киноиндустрии, Морриконе изменил свое отношение к киномузыке. И одной из дополнительных причин своей невероятности работоспособности называл свое чувство вины перед большой классикой, что бросил ее, что не занимался ею. Сочиняя успешные саундтреки, он хотел будто бы себе доказать, что такие произведения заслуживают уважения и бессмертия. Он признался, что, работая над музыкой, которая изменила кинематограф, он хотел быть отомщен. Похоже, это была самая красивая месть в мире. А мстить ему было за что — его гений долгое время игнорировали и не признавали даже в Голливуде (речь о наградах, которые почему-то обходили его стороной). «Нет, ну ты понимаешь и осознаешь, что ты создал великую музыку?» — спрашивают у него за кадром. «Я над этим подумаю», — смущается он.
«Больше никогда не буду работать с Тарантино»
Самой последней и большой наградой Эннио Морриконе стал «Оскар» за музыку к «Омерзительной восьмерке» Квентина Тарантино. В тот год все так переживали за «Оскар» для Леонардо ДиКаприо — он наконец получил заветную статуэтку за свою роль в картине «Выживший» Иньярриту, что вручение «Оскара» великому Морриконе прошел фоном, а ведь он написал целую симфонию к проекту! Вообще-то до этого маэстро работал с Тарантино и написал новую песню Ancora Qui для «Джанго освобожденного». Но после того, как он услышал обработку своей музыки в финальной версии песни, он был оскорблен и заявил, что впредь никогда не будет работать с режиссером. Однако, увидев сценарий «Омерзительной восьмерки», он передумал и к счастью всех, не зря — музыка получилась на самом деле выдающаяся, Квентин дал мэтру полную свободу. А когда тот получал статуэтку, он отметил, что Эннио Морриконе его любимый композитор и он ставит его в один ряд не с современниками, а с такими безусловными гениями как Моцарт, Бетховен и Бах. Морриконе, конечно, же его простил.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/02/morrikone-4-radiopop.cl_.jpeg)
«Режиссерам я показывал только те мелодии, которые понравились моей жене»
Единственной музой композитора являлась его супруга Мария Травиа, с которой он прожил 64 года до самой его смерти и родил вместе с ней четверых детей. Оказывается, за будущей женой он ухаживал целых 6 лет и окончательно завоевать сердце девушки ему далось только после аварии, в которую попала Мария. Она получила довольно серьезные травмы и некоторое время была обездвижена, вернуться в обычную жизнь помогал ей как раз Эннио. Говорят, что перед тем как уйти в мир иной, маэстро написал трогательное письмо семье и самые последние строчки он посвятил своей возлюбленной: «Мне жаль, что я покидаю тебя. Больнее всего для меня сказать «прощай» тебе», — писал он. Ну разве это не трогательно?
В 2020 году великий кинокомпозитор Эннио Морриконе мирно скончался в окружении своей семьи, оставив после себя поистине бессмертную музыку.