![плач великой степи](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/04/plach-veliekoj-stepi-2-pikabu.ru_-1024x576.jpeg)
Только за последние полгода в казахстанский прокат были выпущены три картины, посвященные нашей главной национальной трагедии, самой глубокой коллективной ране — голодомору 30-х годов, который устроила в казахской степи советская власть. Кроме этого, к выходу уже готовятся еще две драмы об этом тяжелом периоде (фильм Ардака Амиркулова и Баглана Кудабейрлиева, поддержанный государством и новая лента Аскара Узабаева, снятая на частные инвестиции). «Курсив» расскажет обо всех художественных проектах об ашаршылық и попробует понять почему никак не получается кино, которое бы всех устроило.
Тема голодомора в Казахстане 30-х сегодня одна из самых востребованных в отечественном кино. За нее берутся разные режиссеры, но получается у них с переменным успехом — к примеру, в одной работе роскошна визуальная и техническая часть, но драматургическая не может похвастать такой же глубиной («Қаш» Айсултана Сеитова), в другой картине — «Ақ боз үй», чувствуется крепкий литературный источник — одноименный роман Смагула Елубая, однако экранизация выходит совсем «студенческой». В третьем проекте — байопике «Қаныш», посвященному знаменитому казахстанском ученому Канышу Сатпаеву, события лишь развиваются на фоне голодомора. Это хоть и является одной из центральных тем этой драмы, но главная здесь все же история жизни знаменитого геолога. Почему нашим кинематографистам не выходит собрать все и сразу в одном проекте — вопрос открытый, но то, что эта тема неисчерпаема и к ней еще не раз будут обращаться абсолютно точно. Судить об этом можно хотя бы одному признаку — при всех своих несовершенствах все три вышеперечисленные ленты, посвященные ашаршылықу были приняты публикой, как минимум, с интересом и художественные достоинства этих работ были оценены с большой степенью лояльности именно за счет темы.
Самых широких дискуссий удостоился дебютный фильм Айсултана Сеитова «Қаш», которому газета «Курсив» посвятила подробную рецензию. На церемонии вручения премии «Выбор критиков» — ее ежегодно проводит Ассоциация кинокритиков Казахстана, эта работа получила самое большое количество номинаций среди всех картин нынешней гонки, целых 7: «лучший дебют», «лучший оператор», «лучший художник-постановщик», «лучшая мужская роль», «лучшая мужская роль второго плана», «лучшая женская роль второго плана», «лучшая музыка», «лучшие спецэффекты». Причем, в 4 категориях она выиграла — лучшим режиссером-дебютантом признали Айсултана Сеитова, лучшим оператором назвали Азамата Дулатова, лучшей исполнительницей женской роли второго плана — казахстанскую актрису Толганай Талгат, а лучшим композитором Акмарал Зыкаеву.
Почему тема голодомора стала особенно актуальной сейчас?
История ашаршылықа была актуальна всегда, во всех казахстанских кинолентах, посвященных довоенному и военному периоду, эта тема так или иначе возникала — и в «Заманай» Болата Шарипа, и в «Жате» Ермека Турсунова, и в исторической драме Акана Сатаева «Дорога к матери». Однако, отдельного фильма, посвященного этой трагедии в современном казахстанском кино не было и главная причина, пожалуй, была в том, что за это попросту боялись взяться, ведь для нашего народа — это корневая, глубоко-драматичная и в некотором смысле национально-образующая тема, которая требует определенной материальной, технической, идеологической и культурной подготовки авторов. Но об интересе к голодомору как к объекту художественного исследования в разные годы кто только ни заявлял, в том числе, автор популярных комедий Нуртас Адамбай.
Подача материала при помощи шока
Самой первой в художественном кино за тему голодомора взялась режиссер Марина Кунарова («Охота за призраком» и «999»), снявшая жутковатую во всех смыслах драму «Ұлы дала зары» («Плач великой степи»). В пандемийном 2020 году эта картина даже выдвигалась на «Оскар» от Казахстана. Что само по себе удивительно, ведь общее качество этой работы, будем честны, не оскаровское, некоторые сцены в этой ленте и вовсе можно отнести к категории «кринж». К примеру, взять хотя бы эпизоды, где голодные люди не просто участвуют в актах каннибализма, а буквально потрошат бывших односельчан на глазах друг у друга, давясь сырыми кусками плоти, а маленькая девочка набрасывается на прохожих как голодный зверек, готовый растерзать любого, лишь бы их можно было пожевать. Одна из самых безумных сцен, где сошедший с ума мужчина варит чьи-то кисти рук в казане и говорит с отрезанной головой мертвой жены.
Всю свою историю Марина Кунарова построила на противостоянии казахского народа и советской власти. Казахов представляет молодой бунтарь Турар (Акылхан Алмасов), сопротивляющийся насильственный коллективизации и пытающийся дать отпор нелюдям, а официальные органы в фильме представляют несколько человек. Это главный виновник голодомора, секретарь Казахского крайкома партии Филлип Голощекин (Сергей Никоненко), его правая рука Петр Ермаков (Сергей Уфименко) и красноармеец из числа местного населения Маден (отрицательная роль Дулыги Акмолы). Большевики грабят аулы, уводят скот, казнят местных жителей, не щадя даже детей, а наш народ несет огромные потери — не успевает хоронить близких, умирает от голода и сходит с ума. Вероятно, чтобы создать максимально инфернальный образ злодея и понять как же один человек может безжалостно отправить на тот свет столько людей, автор уделяет большое внимание личной истории Голощекина. Поскольку его считают виновным не только за смерть миллионов казахов в 30-х, но и признают одним из организаторов расстрела царской семьи (там есть отдельная линия, посвященная этому), ему все время чудятся страшные видения. Но метафора про «мальчиков кровавых», увы, здесь слишком буквальная.
«Плач великой степи» мало кто видел, а даже если и видел, то никаких острых дискуссий и серьезных критических замечаний не было, несмотря на периодически возникавшую там «клюкву». Видимо, по тому, что этот фильм был одним из первых кинопроизведений на такую важную тему и критиковать ее зрители будто бы не имели морального права, ведь эта картина впервые вынесла такую тему на большой экран и таким образом признала, что голодомор — это одна из самых больших трагедий казахского народа, которая требует новой оценки этого исторического события. Но шокирующие сцены, вызывающие не интерес к истории, а напротив отторжение от нее, неидеальная работа творческой команды от сценариста до технических специалистов, например, художников по гриму и костюмеров, все это, конечно, не сделало эту ленту по-настоящему первой работой о голодоморе. Таковой стала дебютная драма Айсултана Сеитова «Қаш». Но и этот проект был принят не так однозначно — скорее с интересом, нежели тотальной поддержкой (нашу рецензию можно прочесть здесь).
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/04/plach-velikoj-stepi-1.jpeg)
Тема ашаршылықа сквозь призму личной драмы — ученый Каныш Сатпаев, не сумел спасти от голода родную сестру
Второй новой картиной, уделяющей значительное время теме голодомора стал байопик Ерлана Нурмухамбетова «Қаныш», вышедший в казахстанский прокат в феврале этого года. Центральной фигурой истории становится известный казахстанский ученый-геолог, академик Каныш Имантаевич Сатпаев. Фильм рассказывает о его жизни в период между 1926 и 1932 годами. По сюжету, в 1926 году молодой казах, свежеиспеченный выпускник Томского технологического института, только что отучившийся по специальности «горный инженер» Каныш Сатпаев (Асет Есжан) отправляется вместе со своей молодой женой-геологом Таисией Кошкиной (Анна Оразбаева) трудиться на благо СССР в далекую степь. Сначала Сатпаев успешно запускает первую советскую нефтяную скважину в Жезказганской области и строит там всю инфраструктуру по добыче нефти, а затем находит богатейшее марганцевое месторождение Жезды, которое в годы войны станет хорошим подспорьем для бронетанковой промышленности СССР. Но это случится в 40-е, а в начале 30-х, чтобы доказать потенциал месторождения и необходимость дополнительных средств для разработки богатейших залежей, ученый рискует собственной головой. И когда местные власти пытаются свернуть проект, не увидев в нем никаких перспектив, он, чтобы оспорить это решение, едет на свой страх и риск в Москву к большому начальству и, в итоге, добивается своего.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/04/kanysh-1-1024x576.jpeg)
Но пока Каныш неистово трудится во имя светлых идей коммунизма, его родные в Баянаульском районе откуда он сам родом, гибнут от голода и преследований. Оказывается, вся семья Сатпаева попала под жернова политических репрессий — его отец-бий признан «врагом народа» и вскоре после этого умер и Каныш с ним не успел попрощаться, его брата упекли по надуманному поводу в тюрьму, а родная сестра умерла от голода и он ничем не смог ей помочь. Когда Сатпаев узнает, что в казахской степи начался ашаршылық, он отправляется в родной аул чтобы помочь своим близким и односельчанам. Но помогать, увы, уже будет некому….В каждом доме он будет видеть только остывшие тела…
Единственной удачей этой страшной экспедиции станет спасение им горстки голодных детей, которые каким-то чудом оказались живы. Сцена вывоза обессилевших от голода малышей, неспособных даже уже двигаться, трогает до слез, очевидно, что авторы вкладывали в этот эпизод символичный жест — это не просто дети, это будущее поколение казахстанцев, которых спас сам Сатпаев. Они выживут несмотря ни на что, станут образованными, сильными, смелыми и никогда не забудут о геноциде, произошедшем в 30-е годы. Эти дети вырастут и всем расскажут, что они видели своими глазами и благодаря кому они не попали в тот самый 1 миллион 840 тысяч умерших казахов – это 47,3% от общего населения на тот момент (в других фильмах даются другие данные, чаще всего указывается цифра 5 млн погибших). Сцена тем более драматична когда понимаешь, что собственного ребенка Каныш спасти не смог — его сын-грудничок, увы, не выжил в суровой казахской степи, вдали от доступной медицины и благ цивилизации. Интересно, что одним из спасенных Сатпаевым мальчиков тогда оказался Кемаль Акишев, известный в будущем археолог, который найдет то самое уникальное захоронение «Золотого человека».
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/04/kanysh-2-1024x558.jpeg)
Полнометражный байопик «Қаныш», увы, не самый удачный проект Ерлана Нурмухамбетова, известного своими фестивальными работами «Ореховое дерево», «Конокрады. Дороги времени». По новому фильму заметно, что изначально он был задуман как сериал, а потом материал то ли по продюсерской инициативе, то ли из-за желания говорить о такой проблеме на широкую аудиторию, которая не смотрит телевизор, был собран в полнометражный проект. В нем есть стилистические и художественные несостыковки, видно, что картину собирали из разных серий сериала, а сам темп повествования в большинстве эпизодов выглядит откровенно сериальным и не всегда уместным для большого экрана. Одни эпизоды в драме глубоко трогают (та самая линия, посвященная жертвам голодомора), другие вдруг становятся похожими на фрагменты очередной документальной ленты, снятой для государственного канала. По достаточно скромному и простенькому визуалу также заметно, что авторам не хватало бюджета для реализации всех своих идей.
Однако, несмотря на все несовершенства, фильм все же цепляет, во-первых, самой историей нашего ученого, ведь что мы знаем о Сатпаеве, кроме того что он первооткрыватель казахстанских богатств и однажды встретился с Черчиллем? Все знают эту историю — удивившись высокому росту геолога, британский премьер спросил — «Все ли казахи такие высокие»? Каныш Имантаевич ответил, что он самый маленький из казахов, его народ выше. В этой работе ценен деколониальный взгляд молодых авторов на советское прошлое (сценаристы проекта — Амир Аменов, Ален Рахметалиев), здесь Каныш Сатпаев не только отец казахстанской геологии, гордость Казахстана, внесший большой вклад в развитие республики, но и трагическая фигура, ведь он работал на благо страны, в то время как власти уничтожали самых родных ему людей, они гнили в тюрьмах и погибали от голода. Как можно остаться патриотом при таких обстоятельствах? Если бы сценаристы построили всю картину, сконцентрировавшись только на этом драматическом моменте, проигнорировав другие вроде рассказа о заслугах ученого, тогда и тема ашаршылықа прозвучала бы в данной работе глубже.
Добавим лишь, что в декабре прошлого года лента стала «лучшим фильмом» на международном кинофестивале Literature in Cinema в Буэнос-Айресе (Аргентина), а в январе этого – была отмечена в трех номинациях на международном кинофестивале Athvikvaruni International Film Festival в Индии. Между тем, в казахстанском прокате картина прошла почти незаметно и, увы, с минимальным количеством сеансов.
«Ақ боз үй» – глубокая, трогающая история, но не самое удачное воплощение
В конце марта в казахстанский прокат вышла еще одна картина, посвященная голодомору 30-х годов — это фильм Бегарса Елубая «Ақ боз үй» («Белая одинокая юрта»), снятый по одноименному роману его отца — писателя Смагула Елубая. Здесь трагический период нашей страны используется не как сетттинг или фоновая история, привлекающая внимание, напротив авторы углубляются в нее максимально. По сюжету, в казахской степи началась насильственная коллективизация, бушует голод, люди умирают аулами и один из самых уважаемых членов рода, бий Пахраддин (его сыграл актер Кайрат Кемалов) вместе со своей женой Сырга (Кулжамила Белжанова) и дочерью Хансулу предлагает всем пока еще живым аулчанам откочевать в сторону Узбекистана и Туркменистана. Решиться на такое трудно, и не только потому что нужно ехать в неизвестность и оставить свой мини-рай, но и потому что здесь в этих степях у всех у них могилы родных и близких. Часть из них умерла только что и боль потери еще очень сильна, но ряды аулчан редеют, колыбели пустеют, массовых могил становится больше, надо спасаться.
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/04/ak-boz-uj-2--1024x527.jpeg)
Пахраддин идет со своими людьми по пустыне и это будет трудный путь, к финалу которого придут лишь единицы — одни умрут с голода и болезней, другие потеряют связь с реальностью и навсегда останутся в том мире где все живы, здоровы, сыты и счастливы, третьим придется принимать непростые решения — к примеру, продавать своего ребенка за горстку зерна. С одной стороны, это глубоко аморальный поступок, с другой, у девочки будет шанс выжить хотя бы в доме новоиспеченного мужа. Выручает фильм крепкая литературная основа, видимо, благодаря этому некоторые сцены получились максимально драматичными и пробивающими до глубины души, взять хотя эпизод, где маленькая девочка сидит у тела матери и никак не может оставить ее, надеясь, что родительница вдруг оживет и продолжит путь, тогда встретившие ее взрослые обманывают ребенка, говорят, чтобы та шла за помощью в город, а они приглядят за ее мамой. Или эпизод, где Пахраддин прощается со своей верной супругой Сырга, она благодарит его за совместную жизнь, за их счастье и за горе, которые они вместе прожили. Самая впечатляющая сцена финальная — с участием главного героя, где он видит образ любимого дома — ту самую белую одинокую юрту.
При нужном ракурсе и мастерстве, «Ақ боз үй» вероятно мог бы стать историей казахского Моисея, отправившегося вместе со своим народом искать землю обетованную, но не нашедшего ее, ведь она осталась навсегда там в некогда благословенных казахских степях. Но автору будто бы не хватило технической базы и правильной тональности, эта картина довольно театральна, закадровые тексты о трагедии в некоторых местах чрезмерны, визуальная часть слишком простая. С другой стороны, лучшая рецензия на кино — это слезы, а они здесь наворачиваются не раз. Фильм также не получил большую роспись, но интерес к нему зрителей был стойкий, поэтому сейчас продюсеры ведут переговоры о повторном прокате.
Какие еще проекты о голодоморе готовятся к выходу?
Известный казахстанский режиссер, один из представителей той самой «новой казахской волны» Ардак Амиркулов вместе со своим учеником Багланом Кудайберлиевым работают над драмой «Жел тоқтаған жер». Действие фильма происходит в тридцатых годах и его главной героиней становится мать двоих детей, мужа которой осудили по ложному доносу и отправили в Сибирь. Чтобы добиться справедливости, она идет к нему через всю страну и видит масштаб бедствия, охватившего бескрайние казахские просторы. Естественно, центральной темой картины стал голодомор. Большие ожидания у зрителей от нового проекта режиссера Аскара Узабаева и продюсера Баян Максаткызы, который они сняли в Западном Казахстане летом прошлого года. Этот тандем не раз выдавал кассовые хиты, от народных комедий до крутых драм, самый свежий пример — фильм-событие прошлого года, картина о домашнем насилии «Бақыт». К тому же в главной роли в новом проекте Узабаева снялся талантливый актер Берик Айтжанов, только что отмеченный Ассоциацией кинокритиков Казахстана за лучшую мужскую роль в драме «Голиаф» Адильхана Ержанова. Думается, Аскар найдет правильную интонацию и выдаст максимально смотрибельное и глубоко драматичное кино на эту тему.
И в заключение, почему феноменального кино о голодоморе пока не получается?
Тема — конъюнктурная, но подходить к ней нужно крайне аккуратно, ведь лимит на лояльность у казахстанского зрителя на кино подобного рода, похоже, подходит к концу. Берясь за такую тематику, авторы должны понимать, что мало показать миллионы смертей и жестокость той власти, хочется большого переосмысления этой трагедии на кинематографическом уровне. К примеру, чем стал голодомор для нашего народа и что он принес в наше коллективное бессознательное? Это ощущение потери дома и своих корней, генетическое недоверие к приезжим начальникам, которые жестоко могут расправиться с местным населением, глубокий страх перед властью, принимающей необдуманные решения. Об этом, увы, пока никто не говорит. Но обязательно скажут, просто нужно время.