![](https://cdn-kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2024/07/18-25-1024x576.jpg)
Вопреки надеждам многих западных политиков и комментаторов, последние исследования показывают, что торговля не всегда способствует развитию демократии и либерализации политических режимов. Наоборот, возрастающая интеграция Китая c развивающимся миром, по-видимому, приводит к прямо противоположному результату, пишут в колонке для Project Syndicate экономисты Мартин Бераха, Дэвид Янг и Ноам Юхтман.
Идеи не запереть на границе
Президент США Джордж Буш-старший однажды отметил: «Ни одной нации на Земле не удалось найти способ импортировать мировые товары и услуги, при этом останавливая на границе иностранные идеи». В эпоху, когда демократические страны доминировали на технологическом фронте, «идеи», о которых говорил Буш, были связаны с американской политико-экономической моделью.
Но теперь, когда Китай стал ведущим новатором в области искусственного интеллекта, может ли та же экономическая интеграция направить страны в противоположном направлении? Этот вопрос особенно актуален для развивающихся стран, поскольку многие из них не только институционально хрупки, но и все больше зависимы от Китая: через торговлю, иностранную помощь, кредиты и инвестиции.
Хотя ИИ называют основой «четвертой промышленной революции», его использование также заключает в себе множество новых проблем. В технологиях ИИ есть потенциал для стимулирования экономического роста в ближайшие годы, но также и для подрыва демократии, помощи автократам в получении общественного контроля и усиления «надзорного капитализма», манипулирующего нашим поведением и извлекающего выгоду из наших онлайн-следов.
Поскольку Китай агрессивно внедряет распознавание лиц на основе ИИ для поддержки своего собственного государственного надзора, мы решили исследовать модели и политические последствия торговли этими технологиями. Создав базу данных мировой торговли технологиями распознавания лиц на основе ИИ с 2008 по 2021 год, мы обнаружили 1636 сделок из 36 экспортирующих стран в 136 импортирующих стран.
Три главных вывода
Из этих данных мы смогли вывести три основных наблюдения. Во-первых, Китай имеет сравнительные преимущества в технологиях распознавания лиц. Он экспортирует свои решения примерно в два раза больше стран, чем США (83 против 57), и имеет на 10% больше торговых сделок (238 против 211). Его сравнительные преимущества в технологии распознавания лиц больше, чем в других передовых технологиях, таких как, к примеру, радиоактивные материалы, паровые турбины и лазеры.
Сравнительное преимущество Китая могло быть обусловлено разными факторами. Но мы знаем, что китайское правительство открыто поставило перед собой цель стратегии
и развития: добиться мирового господства в сфере искусственного интеллекта. А индустрия распознавания лиц на основе ИИ выиграла от спроса на технологии наблюдения, зачастую получая доступ к большим правительственным базам данных.
Во-вторых, мы обнаружили, что автократии и слабые демократии чаще импортируют технологии распознавания лиц из Китая. В то время как США преимущественно экспортируют технологии в зрелые демократии (они составляют примерно две трети стран-импортеров или три четверти сделок), Китай экспортирует примерно поровну в зрелые демократии и в автократии или слабые демократии.
Есть ли у Китая предпочтение авторитарным режимам, или он просто экспортирует больше продукции в автократии и слабые демократии? Сравнив китайский экспорт технологий распознавания лиц с его экспортом других передовых технологий, мы обнаружили, что первое — единственная технология, в которой Китай демонстрирует пристрастное отношение к авторитарным режимам. Столь же примечательно, что мы не обнаружили такой же тенденции у США.
Возможное объяснение этого заключается в том, что автократии и слабые демократии могут намеренно обращаться за технологиями слежения именно к Китаю. Что приводит нас к нашему третьему открытию: страны с авторитарными режимами и слабые демократии чаще импортируют технологии распознавания лиц из Китая в те годы, когда у них происходят внутренние беспорядки. Данные ясно показывают, что слабые демократии и автократии склонны импортировать технологии наблюдения из Китая, а не из США, во время беспорядков, а не превентивно или постфактум. В импорте военных технологий наблюдаются те же тенденции. При этом мы не наблюдаем, чтобы зрелые демократии увеличивали импорт технологий распознавания лиц в ответ на беспорядки.
Влияние китайских технологий
Заключительный вопрос касается более широких институциональных изменений в этих странах. Наш анализ показывает, что импорт китайских технологий наблюдения во время внутренних беспорядков действительно увязывается с тем, что процесс выборов в стране становится менее честными, менее мирными и менее заслуживающими доверия. Аналогичная картина, по-видимому, наблюдается при импорте американских технологий наблюдения, хотя этот вывод менее точно выверен.
В то же время, среди зрелых демократий мы не находим никакой связи между импортом технологий наблюдения на основе ИИ и качеством социальных институтов. Поэтому мы не интерпретируем наши выводы как результат влияния ИИ на институты. Мы считаем импорт технологий наблюдения и разрушение внутренних институтов в автократиях и слабых демократиях общим результатом стремления конкретных режимом к большему политическому контролю.
Когда технологии позволяют укреплять режим
Интересно, что мы также находим свидетельства того, что автократии и слабые демократии, импортирующие большие объемы китайских технологий наблюдения во время беспорядков, менее склонны развиваться в зрелые демократии, чем сравнимые страны с низким объемом импорта таких технологий. Это позволяет сделать вывод, что тактика, применяемая автократиями во время беспорядков (покупка ИИ-решений для слежки, импорт военных технологий и разрушение избирательных институтов), возможно, способствует укреплению недемократических режимов.
Наше исследование становится очередным доказательством того, что торговля не всегда способствует демократии или либерализации режимов. Наоборот, возрастающая интеграция Китая в экономику развивающихся стран может привести к прямо противоположному.
Это предполагает необходимость ужесточения регулирования торговли ИИ — по образцу регулирования товаров, производящих негативные внешние эффекты. По аналогии, «склонный к авторитаризму» ИИ, обучающийся на данных, собранных для политический репрессий, схож с неэтично произведенным товарам, например, с использованием детского труда. А поскольку использование технологий наблюдения на основе ИИ может иметь негативные последствия, такие как потеря гражданских свобод и политических прав, он мало чем отличается от загрязнения.
Как и все технологии двойного назначения, распознавание лиц на основе ИИ потенциально способно приносить пользу потребителям и компаниям. Но регулирование должно быть тщательно продумано и разработано, чтобы эта передовая технология распространялась по миру, не способствуя автократизации.
При участии Эндрю Као.
Copyright: Project Syndicate, 2024.