В Казахстане существует множество ограничений, которые приводят к волатильности тенге, считает экс-председатель правления Банка ЦентрКредит Галим Хусаинов.
По его словам, финансовые директора компаний реального сектора – как частных, так и квазигосударственных, отвечая на вопрос о прогнозе курса на 2026 год, назвали одну и ту же цифру – 550 тенге за доллар. Это при том, что республиканский бюджет сформирован исходя из курса 540 тенге.
Финансисты объяснили свою позицию просто: в 2025 году курс уже доходил до 550 тенге, и удержать его удалось только за счет интервенций. Из этого они делают вывод, что в следующем году давление на тенге сохранится, а средний курс может оказаться выше бюджетного ориентира.
С макроэкономической точки зрения в этом есть логика, отметил Хусаинов. По его мнению, обесценение валюты в пределах инфляции – вопрос времени, а при инфляции около 12% тенге неизбежно будет находиться под давлением.
Отдельно эксперт обратил внимание на волатильность курса, которая, по его словам, сама по себе становится проинфляционным фактором. При резких колебаниях тенге предприниматели закладывают в цены не средний, а максимальный курс. Это, по словам Хусаинова, ускоряет рост цен на импортозависимые товары, подталкивает инфляцию и в итоге приводит курс к ожидаемым значениям.
Эксперт также отметил, что волатильность является нормальным рыночным явлением, если она формируется без искажений. Однако в Казахстане, по его словам, действует ряд ограничений, которые усиливают колебания тенге.
Одной из причин он назвал ограничения для юридических лиц на покупку валюты. Дело в том, что компании не могут заранее приобретать валюту для хеджирования рисков. При этом, получая валютную выручку, они не мотивированы ее продавать, опасаясь, что позже не смогут откупить валюту обратно. В итоге снижаются и спрос, и предложение валюты, а курс становится чувствительным к выходу и уходу крупных игроков.
Еще один фактор – узкие спреды на розничном валютном рынке. Из-за них банки и обменные пункты не могут сглаживать спрос и предложение. В результате физические лица часто покупают валюту на пике, а при резком укреплении тенге обменники, чтобы не фиксировать убытки, дополнительно снижают курс покупки, усиливая колебания.
Хусаинов также указал на ограничения по валютному кредитованию бизнеса. По его словам, инвестиционные расходы все чаще финансируются за счет внутренних ресурсов, что увеличивает импорт без соответствующего притока валюты и создает дополнительное давление на тенге в периоды роста инвестиций.
Дополнительную волатильность, по его оценке, формируют и так называемые налоговые недели. Из-за неравномерных налоговых платежей в определенные периоды на рынок выходит дополнительное предложение валюты, что приводит к временному укреплению тенге.
Одним из решений этой проблемы эксперт видит в увеличении частоты уплаты налогов, например переход к ежемесячным платежам вместо ежеквартальных.
Наконец, он отметил влияние ограничения ставок по валютным депозитам на уровне 1%. По его словам, это создает дополнительный арбитраж для физических лиц и влияет на структуру спроса между валютой и тенге.
«Поэтому одним из необходимых действий по сокращению волатильности тенге должен быть именно уход от запретов, ограничений и так далее, чтобы рынок стал более свободным», – считает Хусаинов.
Ранее «Курсив» писал, что аналитики Halyk Finance ожидают постепенного ослабления тенге.
