В кинотеатрах идет новое прочтение классического романа Эмили Бронте «Грозовой перевал». Эта версия должна отличаться от традиционных трактовок — настолько, что режиссерка Эмиральд Феннел взяла название своего фильма в кавычки, чего за рубежом делать не принято. Промо-кампания активно подпитывалась обрывочными впечатлениями зрителей с тестовых просмотров, которые рассказывали об откровенных сексуальных сценах, а репутация Феннел во многом была сформирована провокационным триллером «Солтберн». Поклонники книги же негодуют при виде изменений сюжета и даже персонажей. О том, так ли страшен «Грозовой перевал», как о нем говорят, и какой «истинный» финал предсказывали картине, — в рецензии «Курсива».
Увидев предсмертную агонию висельника (у того вдобавок под радостный шум зевак происходит эрекция; эта деталь должна красноречиво задавать тон повествования), юная Кэти Эрншо (Шарлотта Меллингтон) в сопровождении компаньонки Нелли (Ви Нгуен) радостно бежит домой, в усадьбу Грозовой перевал, которую регулярно покидает мистер Эрншо (Мартин Клунес), чтобы попьянствовать в городе. Во время одной из таких гулянок в приступе душевной доброты он подбирает мальчика-оборванца (Оуэн Купер) — питомца для Кэти, которого она нарекает Хитклиффом в честь своего покойного брата.
Проходят годы, и дети превращаются в молодых красавцев с внешностью Марго Робби и Джейкоба Элорди, а по соседству появляется новый жилец в лице мистера Линтона (Шазад Латиф) со своей воспитанницей Изабеллой (Элисон Оливер). Для погрязшего в долгах и мотовстве семейства Эрншо единственным выходом из положения становится брак Кэти и богача Линтона. В ответ на это Хитклифф, с детства влюбленный в подругу, покидает Грозовой перевал, чтобы объявиться через несколько лет преуспевшим джентльменом. Между ним и Кэти снова вспыхивает страсть, но их запретная любовь обречена на несчастье.
«Фанфик с БДСМ» — примерно такая репутация закрепилась за «Грозовым перевалом» еще задолго до его выхода. Релиз аккурат перед 14 февраля казался издевкой и неприличным жестом самой режиссерки — первые зрители на тестовых показах охарактеризовывали ее версию как намеренно неромантическую, с героями, к которым трудно проникнуться сочувствием, а еще как грубую и провокационную, перечисляя среди увиденного сцены мастурбации, связывания женщины лошадиной упряжью и просто множество сцен секса. Всплыло и сходство с не слишком респектабельными «50 оттенками серого» (вот это, к слову, фанфик всамделишный!), которые премьерились в День всех влюбленных.
От читающей аудитории тоже досталось. «Ну какой из Элорди Хитклифф?» — возмущались люди, наверняка знающие, что в книге у этого персонажа загадочное, но никак не белое происхождение. Стильные, но подозрительно современные наряды Робби, музыка Charli XCX и обрезание сюжета на его половине точно должны были отпугнуть пуристов еще до того, как картина добралась до кинотеатров.
Феннел защищалась тем, что ее экранизация — вольная интерпретация (отсюда и хитроумное закавыченное название) ее любимой книги, которую она прочла еще в подростковом возрасте и уже тогда загорелась идеей фильма; неканоничный Хитклифф же, к примеру, был списан ею с иллюстрации из ее тогдашнего экземпляра. Роман Бронте, на самом деле здорово шокировавший публику после выхода из печати, и вправду великий, и не первый раз он оказывает такое сильное воздействие на творчество: здесь стоит вспомнить, что восемнадцатилетняя певица Кейт Буш записала одноименную песню Wuthering Heights, ставшую хитом (справедливости ради, на это ее вдохновила не сама книга, а показанный по телевизору сериал BBC).
На поверку же оказывается, что новый «Грозовой перевал» не так страшен, как его малюют. Конечно, стопроцентно благопристойным его назвать не поворачивается язык, но эротика здесь скорее с приставкой «квази», и, пожалуй, фильм даже уступает в этом плане предыдущей работе Феннел «Солтберн». Во всяком случае, той самой сцене с ванной здесь практически нечего противопоставить, хотя режиссерка снова не отказывает себе в удовольствии посмаковать крупные планы с нарочито сексуальным подтекстом, будь то растекшийся яичный желток или склизкий след улитки на стекле. В остальном — наглухо застегнутые в своих костюмах герои либо стратегически подобранные ракурсы. Заявленный в самом начале союз Эроса и Танатоса выглядит многообещающим, но так и не раскрытым до конца.
На плечи Робби и Элорди ложится задача протащить эту историю к финалу, с чем они в целом справляются (причем их лучшие, но, увы, не столь частые моменты связаны не с любовной страстью, а юмором, чем-то напоминающим классическую динамику взаимоотношений экранных звезд типа Кэри Гранта и Кэтрин Хепберн). Но делают они ровно то, чего от них ожидаешь: первая, например, снова ненадолго трансформируется в куклу, второй — повторяет свою роль из «Солтберна» в качестве смутного объекта желания; даже сережка в ухе перекочевала из одного проекта в другой, составив на этот раз пару золотому зубу.
Фильм многим обязан своему запоминающемуся визуальному стилю: легко представить, как Феннел с командой художников в поисках вдохновения скроллят Пинтерест и Тамблер, где и осядут потом многочисленные скриншоты. Китчево-клиповая эстетика, комната, буквально стилизованная под кожу новобрачной со всеми ее родинками (где-то в мире этому позавидовал Дэвид Кроненберг), гротескно гигантская клубника — все это активно продавалось зрителям перед премьерой и, кажется, совсем не вязалось с оригинальным романом. Так что на просторах интернета родилась изобретательная теория: якобы нас ожидала история в истории и все события этого «Грозового перевала» — плод воспаленного воображения современной читательницы, одержимой романом.
На подобный шаг Феннел не решилась — как знать, хорошо это или плохо в итоге, — но понятно, откуда взялись такие предположения. Она уже набила себе руку на сюжетах про трикстеров, и уже дважды в ее фильмах был неожиданный финал. Возможно, идеальным выходом для нее было бы полностью сосредоточиться на ненадежной фигуре служанки Нелли, тем более что события книги во многом описываются от ее лица, а сама она играет в фильме важную роль в судьбах Кэти и Хитклиффа. Вместо этого «Грозовой перевал» застревает где-то на полдороге между по-настоящему радикальной адаптацией и пересказом классического сюжета, и два с лишним часа оказываются довольно утомительными. Это не плохо, но выбирая между этим длиннющим видеоклипом и четырехминутной версией Буш хочется остановиться на второй.
