Возвращение к «Стамбульской формуле», переход 95% взаимных расчетов на рубли и тенге и стратегические проекты в атомной энергетике: руководитель аналитического бюро «Стан-Центр» Андрей Выползов рассказал, почему встреча Касым-Жомарта Токаева и Владимира Путина в Омске стала важным сигналом для региональной и мировой политики.
— Встреча Токаева и Путина прошла на фоне непростой международной обстановки. Какое политическое значение она имеет для Казахстана именно сейчас?
— На мой взгляд, визит Касым-Жомарта Токаева в Россию, в Омск, снимает все надуманные вопросы о неких «трещинах» в казахстанско-российских отношениях. Токаев посетил Россию в период кардинальной внутриполитической модернизации в своей республике. Менее чем через месяц грядут парламентские выборы, после которых фактически будет завершено институциональное переустройство крупнейшей в Центральной Азии державы. И тот факт, что лидер Казахстана нашел в своем плотнейшем графике время прибыть в Россию (ведь все можно было сделать онлайн), дорого стоит. Дорогого в том смысле, что, как отметил Касым-Жомарт Токаев на встрече с Владимиром Путиным, доверительный диалог на высшем уровне «подкрепляется дружбой миллионов людей».
Не стоит также забывать, что в дни визита Сибирь поверглась атакам украинских БПЛА (от Тюмени, где пытались поразить НПЗ, до Омска — всего 600 км). Поэтому, безусловно, приезд Токаева на форум в Омск — это пример личного мужества.
— Президент Токаев предложил рассмотреть возможность заморозки российско-украинского конфликта и возвращения к «Стамбульской формуле 2.0». Как можно оценивать это заявление с точки зрения внешней политики Казахстана?
— Конечно, предложение о необходимости заморозки боевых действий и возобновлении переговоров между Россией и Украиной для многих экспертов произвело эффект разорвавшейся бомбы. Но лично я это заявление рассматриваю в контексте доверительных отношениях между Касым-Жомартом Токаевым и Владимиром Путиным. Определение «доверительные» — это не фигура речи. Об этом неоднократно и, на мой взгляд, совершенно искренне заявляли оба лидера. Когда два товарища доверяют друг другу, то нет ничего странного и «взрывного» высказывать своё мнение в глаза, а не за глаза. Прислушается ли Россия к рекомендациям стратегического партнёра и ближайшего союзника, это уже другой вопрос.
Кроме того, стоит отметить, что Токаев как дипломат с колоссальным опытом государственника и убеждённый миротворец в начале этого года обмолвился, что принимает участие «в закрытых консультациях по просьбе лидеров некоторых стран». Поэтому, на мой взгляд, по политической логике такое же предложение должно поступить из Астаны и в адрес официального Киева. Ждём.
— При этом Глава государства подчеркнул, что Казахстан не намерен выступать посредником в урегулировании конфликта. Почему для Астаны важно обозначить именно такую позицию?
— В данном аспекте многие из российских экспертов увидели расхождение с ранее сделанными заявлениями, когда президент предлагал Казахстан как нейтральную площадку для мирных переговоров по различным международным конфликтам. Однако, по моему мнению, здесь нет несоответствия, поскольку казахстанский лидер фактически предложил возобновить «стамбульский формат». А не инициировать с нуля новый астанинский, что очевидно займет дольше времени.
— Одной из ключевых тем стали экономика и инвестиции: товарооборот почти 28 млрд долларов, десятки совместных проектов. Насколько эти показатели отражают реальное укрепление стратегического партнерства между двумя странами?
— Вначале важная, на мой взгляд, ремарка. Мы по привычке продолжаем оперировать всё в долларах США, хотя российско-казахстанский товарооборот уже несколько лет функционирует в национальных валютах. В 2025 году взаиморасчеты между нашими странами в рублях и тенге уже достигли 95%! Поэтому, думаю, уместно говорить, что взаимная торговля составила 2 трлн рублей или свыше 12 трлн тенге.
Достойные цифры. Безусловно, эти показатели отражают существующие на деле и укрепление, и углубление стратегического партнерства. Это не «циферки с ноликами» в компьютере, за каждым рублем и тенге стоят конкретные производства, например, в машиностроении, в топливно-энергетической сфере. Стоят тысячи конкретных людей — предпринимателей, рабочих, служащих — по обе стороны границы, которую вчера Касым-Жомарт Токаев назвал «границей дружбы и сотрудничества».
— Во время переговоров особое внимание уделили строительству первой АЭС в Казахстане. Как этот проект может повлиять не только на энергетику, но и на характер отношений Казахстана и России в долгосрочной перспективе?
— Чтобы говорить о долгосрочной перспективе, достаточно присмотреться к опыту взаимодействия в этой сфере других стран, где Россия возвела и возводит АЭС. Например, в Белоруссии. Республика не только существенно укрепила свою энергетическую безопасность, но и сформировала новую отрасль экономики, которая стала мощным импульсом для внедрения новейших технологий. Всё это, однозначно, ждет и Казахстан.
Сейчас «Росатом» достраивает АЭС в Турции и Бангладеш. Кстати, немногие знают, что и в Китае, который имеет свои суверенные технологии строительства АЭС, Россия завершает возведение двух станций. Вообще следует подчеркнуть, что с 2022 года никто из т.н. «недружественных стран» не прекратил сотрудничество с Россией в сфере мирного атома. Более того, по данным экспертов, количество заказов на поставку ядерного топлива оттуда резко увеличилось. Так что Казахстан, сделав ставку на опыт «Росатома», уверен, не прогадал.
— По итогам встречи лидеры подтвердили приверженность стратегическому партнерству и обсудили дальнейшее сотрудничество в энергетике, транспорте, логистике и гуманитарной сфере. Какие практические результаты этой встречи, на ваш взгляд, могут проявиться уже в ближайшее время?
— Тот факт, что в Омск прибыли главы всех приграничных регионов как со стороны России, так и со стороны Казахстана, свидетельствует о конкретных будущих результатах. Насколько я могу судить из открытых источников, все губернаторы и акимы подписали соглашения о сотрудничестве в торгово-экономической, научно-технической, гуманитарно-культурной сферах. Поэтому я вижу на перспективу прорыв здесь, «на земле».
В близкой мне гуманитарной деятельности ожидаю бурный рост взаимных поездок — прежде всего, в массовом количестве школьников как награда за хорошую учёбу и поведение. Это направление на сегодня, как мне кажется, самое актуальное и в полной мере не отработанное. Наша молодежь должна видеть друг друга, общаться, смеяться, заводить дружбу на годы вперед. Между Россией и Казахстаном отсутствует языковой барьер, а склад ума и образ мышления практически единый. Грех упускать это из вида.
