Польша: свободная и ненавязчивая

«Свободная и ненавязчивая» – вот два определения, с которыми у меня ассоциируется Польша. Родились они в первые же часы прогулки по Краковскому предместью, ведущему в Старо Място (Старый город) – восстановленный из послевоенных руин центр Варшавы – и потом лишь подтверждались.
Главный редактор РДЕ «Курсивъ»

«Свободная и ненавязчивая» – вот два определения, с которыми у меня ассоциируется Польша. Родились они в первые же часы прогулки по Краковскому предместью, ведущему в Старо Място (Старый город) – восстановленный из послевоенных руин центр Варшавы – и потом лишь подтверждались.

Почему?

В Варшаве, Гданьске и Сопоте, где я была по приглашению польской фармкомпании Polpharma, почти нет высоких, массивных зданий, даже в новостройных окраинах. Во всяком случае, они не доминируют над пространством – как это происходит, например, в Екатеринбурге или Москве. Поэтому нет ощущения имперского величия или надзора, или грандиозного восторга. Городское пространство Польши соразмерно человеку, это пространство гражданской и частной свободы. Гданьские  здания между Золотыми и Зелеными воротами  («Королевская дорога», исторический центр города) – это не только ратуша и таможня, но и дома уважаемых купцов. Они построены в разном стиле – тут и Ренессанс, и барокко, — но между ними нет стилевого конфликта. С другой же стороны, это не типовые постройки советского времени, унылые и плоские. Взгляд прихотливо скользит по виньеткам, фрескам, памятным надписям, барельефам и флюгерам. Башни и флюгеры! Вот что делает силуэт старого европейского города столь нарядным, изящным и легким.

Социальная и гражданская жизнь также дает ощущение свободы и ненавязчивости. Первое, что я увидела в Варшаве, был парад ЛГБТ. Но он не был одиозным шествием, как в Западной Европе. На него обращали внимания разве что жители близлежащих домов, вышедшие на балкончики – ажурные и незастекленные. По Королевскому тракту до Стара Мяста встретились: колоритные, с полновесными формами байкеры и байкерши, монахи-кришноиты, католические монашки, танцующие брейк рэперы и даже гладиаторы. И только последние были ряжеными. Занимались они тем, что собирали деньги в помощь инвалидам, оставшимся без рук и ног.

Несмотря на то, что в последнее время привилегированное положение католической церкви и апелляция ее преимущественно к пожилым избирателям вызывают нарекания, религия, по словам местных жителей, – часть повседневной жизни. После работы и учебы многие поляки заходят в костел, чтобы помолиться. Есть свой костел (Св. Креста) при Варшавском университете – здесь похоронено сердце Шопена, стоит памятник жертвам репрессий, здесь же студенты молятся до и после экзаменов. История, трагедия, культура и повседневная жизнь сплетены без помпезности и показухи.

Но, пожалуй, самым точным символом ненавязчивой демократии и человечности гражданской жизни в Польше можно считать один не бросающийся в глаза факт. Прямо напротив президентского дворца в Варшаве (он там работает, это не просто «здание для президента»), через неширокую улицу от него, расположена художественная студия, где дети и молодые люди расписывают стены яркими масляными красками. Кто как хочет, по своей воле и фантазии. Ситуация, которую даже приблизительно невозможно представить в постсоветских государствах.

Наконец, есть еще одна черта, которую начинаешь ощущать в сравнении с азиатским по менталитету Казахстаном. В Польше мало рекламы. Даже в деловых кварталах с бизнес-центрами и моллами. Город не обвешан назойливыми биллбордами, как сверкающими китайскими игрушками, реклама не отвлекает на себя внимания. Что это значит? Это значит, что в Варшаве, Гданьске и Сопоте (не берусь судить за другие города) почти нет информационного «белого шума». Реклама предельно лаконична – вывески, названия магазинов (по-польски – «склеп»). Можно спокойно размышлять, не отвлекаясь на обрывки слоганов и образов. Кстати, нет не только информационного мусора, обычного мусора тоже почти нет. Или его вовремя и ненавязчиво убирают.

Заметки на полях:

Особая тема – отношения с соседями: русскими и немцами.

«Если на Польшу нападут русские и немцы, кого поляки пойдут бить в первую очередь? – Немцев: сначала работа, потом удовольствие».

«Однажды в Средние века немцы осадили Гданьск, и в городе начался голод. И остались последние три свиньи, принадлежащие правителю. И он велел зажарить этих свиней и накормить ими защитников города. А свиными головами зарядить пушки и выстрелить ими во врагов. Немцы увидели, что жители Гданьска стреляют по ним свиными головами и изумились:  «Мы-то думали, им есть нечего, а они свиными головами разбрасываются». И отступили».