Машкевич предложил государству дань на 15 лет

Сегодня совладелец ENRC Александр Машкевич на Совете иностранных инвесторов, фактически, предложил заморозить общий объем налоговых выплат для предприятий горнометаллургической отрасли. «Очень важно установить в Налоговом кодексе верхний предел налоговой нагрузки для отрасли». При этом "сумма всех налоговых отчислений предприятий не должна превышать установленный предел налоговой нагрузки, и это должно планироваться на 10-15 лет».  Однако такая инициатива вызывает несколько простых соображений. Да, налоговый режим - одна из ключевых опций в ведении бизнеса, которая должна быть понятной и предсказуемой на несколько лет (и, возможно, десятков лет) вперед. И налоговая стабильность - один из важных плюсов для страны, которые инвесторы ставят в свои формуляры, оценивая инвестиционный климат того или иного государства. Зная систему - то есть совокупность налогов и правил их начисления - можно выстраивать свою стратегию выстраивания бизнеса. Но назначение предельных налоговых отчислений на отдельно взятое предприятие - это уже какой-то экономический нонсенс. Предельная совокупность налогов - это не тариф, не единица измерения, это, надо понимать, некий объем денег, который предприятие, в лучшем случае, будет платить государству. Это уже не система, это ручное регулирование, которое будет зависеть вовсе не от прозрачных и понятных правил игры (которые зафиксированы в Налоговом кодексе), а от конкретных договоренностей с конкретно взятыми чиновниками. И, если предположить, что это правило будет принято, предельный объем налогов будет зависеть не от экономических расчетов, а от уровня компетентности чиновника, который будет принимать решение, соглашаться ему на эту цифру или нет. Если он сможет разобраться во всех хитросплетениях бухгалтерского учета на 10-15 лет вперед и выяснить, заложен ли подвох в той предельной сумме налогов, которую выставит предприятие (а это возможно при таком подходе) - честь ему и хвала. Если нет - дело будет уже не в чиновнике, а в объеме бюджета, которым может распоряжаться государство. А уровень компетентности госчиновников - вопрос, скажем так, неоднозначный. Отметим, что в отчетах по Инициативе прозрачности в добывающих отраслях за 2010-2011 годы (к сожалению, отчеты поступают со значительным опозданием), именно у ENRC и входящих в группу предприятий было обнаружено наибольшее количество расхождений между выплаченными компаниями и полученных государством налогов. Правда, означать это может что угодно, от нарушений до различного рода зачетов и возвратов, переучтенных за различные периоды. Но дело даже не в этом. Заморозка налогов «оптом» для конкретных предприятий - это внеэкономический подход. Он не соответствует основополагающему принципу предпринимательства: бизнес должен развиваться, это по сути своей динамичное явление. Ведь господин Машкевич, пожалуй, сильно возражал бы, если бы, к примеру, государство ограничило бы ему размер выручки. Так почему государство должно соглашаться с тем, чтобы ему заморозили «налоговую выручку»? Должна быть прозрачна и стабильна структура налогов, налоговая ставка - но не вся совокупность налогов крупной корпорации, которая складывается из огромного числа переменных.
Главный редактор РДЕ «Курсивъ»

Сегодня совладелец ENRC Александр Машкевич на Совете иностранных инвесторов, фактически, предложил заморозить общий объем налоговых выплат для предприятий горнометаллургической отрасли.


«Очень важно установить в Налоговом кодексе верхний предел налоговой нагрузки для отрасли». При этом "сумма всех налоговых отчислений предприятий не должна превышать установленный предел налоговой нагрузки, и это должно планироваться на 10-15 лет». 

Однако такая инициатива вызывает несколько простых соображений.

Да, налоговый режим — одна из ключевых опций в ведении бизнеса, которая должна быть понятной и предсказуемой на несколько лет (и, возможно, десятков лет) вперед. И налоговая стабильность — один из важных плюсов для страны, которые инвесторы ставят в свои формуляры, оценивая инвестиционный климат того или иного государства. Зная систему — то есть совокупность налогов и правил их начисления — можно выстраивать свою стратегию выстраивания бизнеса.

Но назначение предельных налоговых отчислений на отдельно взятое предприятие — это уже какой-то экономический нонсенс. Предельная совокупность налогов — это не тариф, не единица измерения, это, надо понимать, некий объем денег, который предприятие, в лучшем случае, будет платить государству. Это уже не система, это ручное регулирование, которое будет зависеть вовсе не от прозрачных и понятных правил игры (которые зафиксированы в Налоговом кодексе), а от конкретных договоренностей с конкретно взятыми чиновниками. И, если предположить, что это правило будет принято, предельный объем налогов будет зависеть не от экономических расчетов, а от уровня компетентности чиновника, который будет принимать решение, соглашаться ему на эту цифру или нет. Если он сможет разобраться во всех хитросплетениях бухгалтерского учета на 10-15 лет вперед и выяснить, заложен ли подвох в той предельной сумме налогов, которую выставит предприятие (а это возможно при таком подходе) — честь ему и хвала. Если нет — дело будет уже не в чиновнике, а в объеме бюджета, которым может распоряжаться государство. А уровень компетентности госчиновников — вопрос, скажем так, неоднозначный.

Отметим, что в отчетах по Инициативе прозрачности в добывающих отраслях за 2010-2011 годы (к сожалению, отчеты поступают со значительным опозданием), именно у ENRC и входящих в группу предприятий было обнаружено наибольшее количество расхождений между выплаченными компаниями и полученных государством налогов. Правда, означать это может что угодно, от нарушений до различного рода зачетов и возвратов, переучтенных за различные периоды.

Но дело даже не в этом. Заморозка налогов «оптом» для конкретных предприятий — это внеэкономический подход. Он не соответствует основополагающему принципу предпринимательства: бизнес должен развиваться, это по сути своей динамичное явление. Ведь господин Машкевич, пожалуй, сильно возражал бы, если бы, к примеру, государство ограничило бы ему размер выручки. Так почему государство должно соглашаться с тем, чтобы ему заморозили «налоговую выручку»? Должна быть прозрачна и стабильна структура налогов, налоговая ставка — но не вся совокупность налогов крупной корпорации, которая складывается из огромного числа переменных.