Зачем Нацбанку высокая ставка и помогает ли она бороться с инфляцией
![](https://kz.kursiv.media/wp-content/uploads/2023/05/4-11-1024x576.jpg)
Руководство Нацбанка в конце мая в очередной раз соберется для принятия решения по базовой ставке. С декабря она находится на рекордно высоком для Казахстана уровне 16,75% годовых. Так регулятор стремится обуздать рост цен и сделать экономическую ситуацию предсказуемой для всех. При этом макроэкономические условия со времени исторического повышения сильно изменились, а центробанки крупнейших экономик мира готовятся смягчать денежно-кредитную политику. «Курсив» разбирался, стоит ли по-прежнему придерживаться подхода, к которому пришлось экстренно прибегать год назад в условиях близкой войны и многочисленных экономических шоков.
Нацбанк долго держит ставку на одном уровне
Ближайшее заседание комитета Нацбанка по денежно-кредитной политике состоится 26 мая. Полтора месяца назад регулятор сохранил базовую ставку на уровне 16,75% и объяснил решение по-прежнему высоким «глобальным инфляционным давлением», а также «внутренними проинфляционными факторами». К последним он отнес нестабильные ожидания по поводу роста цен и увеличение государственных расходов.
«Дальнейшие действия по базовой ставке будут зависеть от обновленного прогноза в мае с учетом новых данных, в том числе параметров реформы на рынке ГСМ и ЖКХ», — говорилось в апрельском релизе Нацбанка.
С тех пор рост цен в стране еще немного замедлился. Если в марте он составлял 18,1% в годовом выражении (после 21,3% в феврале и 20,3% по итогам 2022 года), то к концу апреля затормозил уже до 16,8%. Глава Нацбанка Галымжан Пирматов и вовсе ожидает снижения инфляции к концу года до 11-13%.
Инфляция замедляется во многих странах, а их монетарные власти задумываются о снижении ставок
Для такого результата действительно существуют предпосылки. Последние месяцы рост цен замедляется по всему миру. В США по итогам апреля он составил 4,9% (против прогнозов аналитиков о 5%) после 5% в марте и 6% в январе. Похожий тренд наблюдается и в еврозоне: 8,5% в феврале, 6,9% в марте и 7% в апреле. Рост в прошлом месяце не должен вводить в заблуждение: он зафиксирован только в пяти странах из 20. На уровне Евросоюза, в котором состоят до сих пор не перешедшие на евро Венгрия, Чехия, Болгария, Польша, Румыния, Швеция и Дания, инфляция оказалась еще ниже и составила 7%.
В Великобритании цены выросли на 10,4% в феврале (после 10,5% по итогам 2022-го) и на 10,1 в марте (более свежие данные еще не опубликованы). В Китае инфляция вплотную приблизилась к нулю: 0,1% в апреле после 0,7% в марте, 1% в феврале и 2% по итогам 2022 года. Глобальная инфляция в настоящий момент явно не находится на подъеме.
На этом фоне центробанки многих стран готовятся завершать цикл жесткой денежно-кредитной политики и переходить к снижению ставок. В первую очередь, этого ждут от Федеральной резервной системы (ФРС) США. На последнем заседании в начале мая она повысила ставку по федеральным фондам (основная в стране и на всем долларовом рынке) до 5-5,25%. Однако шаг составил всего 25 базисных пунктов, а из релиза регулятора по итогам заседания исчезла прежде содержавшаяся там фраза об «уместности некоторых дополнительных повышений».
Базирующийся в немецком Франкфурте-на-Майне Европейский центробанк (ЕЦБ), по общему мнению, пока далек от перехода к снижению ставки, но в начале мая замедлил темп ее повышения — 25 базисных пунктов вместо 50, практиковавшихся на трех предыдущих заседаниях подряд. Сейчас основная ставка еврозоны установлена на уровне 3,75% годовых. Схожего подхода придерживается и Банк Англии. В мае он повысил ставку в 12-й раз подряд, но всего на 25 базисных пунктов (до 4,5%), хотя с начала года придерживался шага в 50 пунктов, а в ноябре решился на повышение сразу на 75 пунктов.
Тенге укрепляется к основным валютам
Еще один позитивный для казахстанских потребителей фактор связан со стабильностью национальной валюты. После прошлогоднего обвала, когда котировки приближались к 10 тенге за рубль (на пике биржевой курс равнялся 9,19), она заметно прибавила в цене и зафиксировалась на уровне 5,4-5,6 тенге за рубль. Похожим образом ведет себя пара «доллар-тенге». В марте прошлого года ее котировки превышали отметку 510, но затем снизились. Весеннее укрепление тенге к американской валюте во многом объяснялось сезоном налоговых платежей. Тогда тенге доходил до уровня 429 единиц за доллар. Такие показатели не могли сохраняться долго без искусственной поддержки извне, но последовавшая просадка оказалась довольно мягкой. В середине мая доллар торгуется в диапазоне 440-450 тенге.
Валютные курсы традиционно выступают одним из главных индикаторов ценовой ситуации в той или иной стране и напрямую влияют на уровень инфляции. Особенно это актуально для государств, сильно зависящих от импорта, к которым относится и Казахстан. Каждый доллар, евро или рубль в цене зарубежного товара может увеличить или уменьшить его итоговую стоимость для казахстанского покупателя в зависимости от текущего валютного курса. В последние месяцы позиции тенге достаточно крепки и располагают к тому, чтобы не опасаться резкого роста цен.
То же касается стоимости основных энергоресурсов, которые так же играют значительную роль в ценообразовании в большинстве отраслей — в основном за счет расходов производителей на транспорт и электроэнергию. Текущая цена барреля эталонного североевропейского сорта Brent — $76. Это достаточно высокий уровень, чтобы обеспечивать приток валютной выручки экспортеров для поддержания курса тенге и, в то же время, достаточно низкий для того, чтобы не провоцировать резкий рост цен в стране. А главное нынешние котировки держатся без существенных изменений на протяжении последних месяцев, что создает предсказуемые сценарии как для участников рынка, так и для конечных потребителей.
Инфляция в Казахстане и без того несильно зависит от базовой ставки
Стремление контролировать рост цен — главная мотивация центробанков при выборе монетарной политики. Согласно базовым законам экономики, низкие ставки отбивают желание сберегать и стимулируют выдачу кредитов, что поддерживает спрос и цены. Дорогое финансирование, напротив, охлаждает кредитный рынок и сокращает денежную массу.
Однако при нынешнем состоянии казахстанской экономики связь между уровнем ставок и ростом цен сведена к минимуму, считают некоторые финансисты. По их мнению, на инфляцию в большей степени влияет политика правительства, регулирующего бюджетные поступления и управляющего расходами. Ведущий аналитик Ассоциации финансистов Казахстана (АФК) Рамазан Досов обращает внимание на то, что периоды бурного роста цен часто совпадают с решением властей финансировать экономический рост за счет бюджетных трат. Напротив, отказ от такой практики в пользу привлечения рыночных инвестиций, в том числе иностранных, как правило, позволяет стабилизировать ситуацию. В таком случае рост спроса в одном месте компенсируется его сокращением в другом, поскольку инвесторы временно лишаются возможности тратить свои средства.
«А также [среди мер правительства по снижению инфляции можно отметить] улучшение инвестиционной привлекательности несырьевого сектора, диверсификацию экономики и экспорта, работу по снижению концентрации в отдельных секторах экономики, создание условий для здоровой конкуренции и «созидательного разрушения», прекращение поддержки неэффективных компаний через госпрограммы, сокращение высокой доли участия государства в экономике», — отмечал Досов два года назад.
Председатель правления «Фридом Финанс» Сергей Лукьянов указывает, что высокая базовая ставка не помогает государству достичь еще одну из объявленных целей — дедолларизации экономики и, в частности, депозитного рынка. Властям она нужна, чтобы избежать потрясений при резких колебаниях курсов и повысить роль тенге. Однако, по словам топ-менеджера, казахстанцы слабо реагируют на стимулирующие меры — как на выгодные условия по вкладам в национальной валюте, так и на программу защиты тенговых депозитов.
«В нотах НБ РК доля нерезидентов снизилась до очень низких уровней, примерно в 5%, что делает их резкий выход несущественным для валютного курса. В итоге растут ставки по займам для юридических лиц, которым приходится обслуживать все более дорогие кредиты. При этом рост ставки не особо повлиял на обменный курс и на инфляцию», — добавляет Лукьянов.
Нацбанк уже фактически пообещал снижать ставку
После январского заседания, на котором регулятор впервые сохранил ставку на уровне 16,75%, глава Нацбанка Галымжан Пирматов рассказывал журналистам о планах придерживаться нынешней политики в первой половине года. О дальнейших намерениях он говорил уклончиво, но намекнул, что дальше стоит ждать смягчения подхода и снижения ставки.
«Пока, если не будет внешних шоков, мы будем поддерживать ставку на текущих уровнях, наверное, как минимум пару кварталов. Но все будет зависеть от того, что будет происходить с рисками и в какую сторону касательно инфляции будут балансы рынков перевешивать. Пока открыто и точно заявлять, когда мы начнем снижать, еще рано», — отметил Пирматов.
Макроэкономические условия и поведение зарубежных центробанков указывают на то, что нынешний момент может стать оптимальным для снижения базовой ставки. Это даст толчок национальной экономике и позволит ей легче пройти через текущие испытания.