Разнообразие тем и оригинальность названий не относятся к добродетелям большинства современных казахстанских кинематографистов. Вот и фильм «Мама» режиссера-дебютанта Айбека Ныгмета, вышедший в прокат на этой неделе, на первый взгляд, вполне укладывается в рамки данного тезиса. Однако здесь в тему родителей и детей удачно вплетена криминальная история из 1990-х, получающая продолжение в наши дни.
Кыргызстанская мелодрама «Пейіш 2: анама хат» три недели рвет казахстанский прокат, влегкую заработав миллиард тенге; отечественная лента «Құшақташы мама» лишь недавно закончила собственный миллиардный поход; из последних сил в кинотеатральной сетке держится картина «Тастамашы, ана!»; взаимоотношения сына и матери далеко не на последнем плане в комедийной мелодраме «Абай бол»; и вот в числе прочих новинок праздничного уик-энда состоялась премьера фильма «Мама».
Как несложно понять, материнская тема, особенно в преддверии 8 марта, одна из самых горячих, и соригинальничать тут в нынешнее время непросто. Частично авторам «Мамы» это удается, но и не поймать флэшбеки при просмотре фильма невозможно. Мать и сын отправляются в длинное путешествие на автомобиле, перемежающееся вставками из прошлого, – так построена картина «Құшақташы мама», то же самое есть и в ленте Айбека Ныгмета. Но в «Маме» линия 1990-х не только развивается в настоящем, но и, по сути, вырастает в отдельный фильм в фильме, зачастую смотрящийся даже интереснее, живее и реалистичнее, чем линия современности.
Один из лучших казахстанских актеров Азамат Сатыбалды, выступающий тут еще и соавтором сценария, играет Темира, который, по ощущениям, около тридцати лет провел в тюрьме, и вот наконец вышел на свободу – но с чистой ли совестью? Темир сразу отправляется проведать мать, пребывающую в спецучреждении не в лучшем состоянии – обильные переживания и тотальное одиночество привели к острой деменции. Сания не узнает сына, и лишь изредка ее сознание светлеет. Опустошенный Темир идет в родную квартиру, где все уже в прямом смысле заросло пылью, и там его находит криминальное прошлое, вынуждающее прыгнуть в огромный пикап, забрать маму и отправиться в путь. Потому что когда-то Темир обещал показать Сание море. Ну или хотя бы озеро.
Параллельно мы увидим эпизоды из жизни матери и сына в конце 1990-х, в частности, то, как же все-таки Темир оказался в тюрьме, и почему его преследуют сейчас.
Еще одна общая черта казахстанских фильмов последнего времени (или даже – последних лет) – обнадеживающая первая половина. Из недавнего это в полной мере относится к «Ауру», «Ғашықпын саған» , и даже к «Соңғы махаббат» с «Бақыт құшағында» . Но потом случается непоправимое, и экранный верблюд ломается под тяжестью накопившихся соломинок второй половины.
С «Мамой» происходит ровно то же самое. Все идет практически безупречно вплоть до фальшивой сцены в придорожном кафе с абсолютно фальшивой официанткой, после чего фильм будто подменяют. В итоге, к финалу вопросов по мотивации, логике поступков и развитию персонажей накапливается столько, что их сложно будет уместить в рамки одной рецензии.
А вот к чему вопросов нет, так это к постановке и актерской игре ведущих исполнителей. Вообще отдельное спасибо авторам «Мамы» за то, что создали в нашем кино прецедент «Схватки». В легендарной картине Майкла Манна впервые в одном кадре, в одной сцене сошлись Аль Пачино и Роберт де Ниро. Азамат Сатыбалды и Дулыга Акмолда вместе в одном фильме – мое личное киноманское счастье, пусть у двух наших выдающихся актеров тут лишь три-четыре совместные сцены.
Великолепны – и по-отдельности, и в дуэте – сыгравшие Санию и Темира в 1990-х Назгуль Карабалина (она же – генеральный продюсер фильма) и Алишер Исмаилов. Хорош Камбар Нургали, играющий Руслана, друга Темира, в юности. А вот Асану Мажиту, исполнившему роль Руслана в наши дни, не позавидуешь. Ему, увы, и играть-то особо нечего, и персонаж его получился самым противоречивым и слабо прописанным.
В целом, линия 1990-х смотрится выигрышнее линии 2020-х практически во всем. Даже несмотря на то, что в нее понапихали практически все виды насильственных преступлений. Впрочем, сняты они аккуратно, без лишнего смакования. Однако вкупе с такой же перенасыщенностью современной линии сам фильм смотрится чересчур утяжеленным событиями на единицу времени. «Чего тут у нас еще не было, что можно бы добавить? Да вроде все есть, и даже с избытком».
При этом творческую команду, кажется, не особо занимают те самые неизбежно возникающие у зрителя вопросы, которые проходными отнюдь не выглядят. Как Руслан с его обрисованным во флэшбеках из 1990-х характером сумел вырасти в главу преступной группировки? Что именно случилось с отцом Темира, и неужели это совсем неважно для развития героя и сюжета? В чем причины тотальной жестокости отца Руслана? Неужели нельзя было отомстить Темиру за все те годы, что он провел в тюрьме? Почему в кульминации Руслан поступает так, как он поступает? И так далее, и так далее.
А в итоге мы приходим к тому, что на протяжении всей своей жизни Темир ломал судьбы каждого, кто оказывался рядом. Так что, завершающая фильм фраза подходит финалу максимально точно.
И чтобы закончить на мажорной ноте, отмечу одну положительную тенденцию последнего времени. Казахстанские кинематографисты стали выходить за пределы Алматы, Астаны и окрестностей. Недавняя комедийная мелодрама «Қызым» снималась в Экибастузе, «Мама» – в Западно-Казахстанской области, на родине Назгуль Карабалиной. Незаезженные в кино пейзажи и виды определенно добавляют фильму свежести. Впрочем, ее, благодаря практически нескончаемому дождю в кадре, и так достаточно.
