«Сталкеры-невидимки»: почему закон о преследованиях не защищает казахстанцев в сети

В Казахстане уже год работает уголовное наказание за сталкинг — навязчивое преследование и слежка, которые вызывают страх и чувство опасности. За это теперь можно сесть на 50 суток, но в интернете закон оказался абсолютно слеп. VPN и фейковые аккаунты делают преследователей невидимыми для полиции. «Курсив» разбирается, почему Уголовный кодекс бессилен перед киберсталкерами.

Пять лет интернет-террора, разрушенная помолвка и фейковые порно-ролики, разосланные родственникам — реальная история жительницы области Улытау. Все это время полиция разводила руками — не было нужной статьи. Сталкера удалось наказать, когда закон вступил в силу, но сработал он по одной причине: репутация девушки была полностью уничтожена, а маньяк переключился на родственницу, угрожая безопасности ее детей.

Дело в том, что статья за сталкинг (115-1 УК РК) имеет материальный состав преступления. С юридической точки зрения, как отмечает главный научный сотрудник Института законодательства Саттар Рахметов, правонарушение считается оконченным, только если оно повлекло за собой «существенный вред». А пока ущерба нет или его сложно доказать, закон бессилен против тех, кто прячется за фейками. И для тысяч жертв кошмар продолжается.

Слепая зона: почему закон есть, а защиты нет

На официальном уровне ситуация выглядит парадоксально. Когда корреспондент «Курсива» прямо спросил руководство алматинской полиции, не пора ли ввести отдельное наказание за интернет-преследования, силовики признали растущую угрозу, но менять что-либо считают лишним. 

«Мы видим и четко понимаем, что онлайн-сталкинг становится все более распространенным. Чаще всего он начинается с простых сообщений и заканчивается, к сожалению, трагическими ситуациями. Но в самом законодательстве даже за цифровой сталкинг либо психологическое насилие, предусмотрена ответственность. Поэтому я не считаю, что именно цифровой вариант надо выделить или ужесточить ответственность в этом формате», — заявил замначальника Управления общественной безопасности ДП Алматы Айтан Елеусизов.

По закону статья 115-1 УК РК охватывает и цифровой сталкинг, а у следователя есть мощный арсенал для поиска анонимов:

• Официальные запросы провайдерам на выдачу IP-адресов и цепочек авторизации.
• Идентификация гаджета по уникальным цифровым следам (IMEI, MAC-адрес).
• Биллинг с сотовых вышек для определения геолокации.

Но стройная теория сыплется на практике. Специалист по наступательной безопасности TSARKA Аннасир Мусин объясняет: сегодня выявить и доказать киберпреследование почти нереально. VPN, виртуальные номера и бесконечная генерация новых страниц превращают расследование в тяжелую и бесконечную бюрократическую работу. 

«Полиции нужны IP-адреса и данные от платформ. А соцсети далеко не всегда сотрудничают с правоохранителями, особенно если сервис находится в юрисдикции другой страны. Даже если жертва точно знает, кто скрывается за фейком, юридически для дела этого недостаточно», — констатирует Мусин.

К тому же, по его мнению, киберпреследование часто мимикрирует под обычную интернет-активность: сталкер просто пишет сообщения, смотрит сторис или ставит лайки. Доказать, что за этим скрывается систематический контроль и давление — уравнение со множеством неизвестных.

Иллюзия безопасности: раскол мнений в мажилисе

С тем, что у правоохранительных органов пока нет достаточной практики для полноценного расследования подобных преступлений согласен и мажилисмен Айтуар Кошмамбетов. При этом он также считает, что киберсталкинг, как и преследование в реальной жизни необходимо пресекать на корню. 

«Наверняка возникают сложности, чтобы привлечь виновных лиц к ответственности… Закон принят, но на практике, как это происходит, сейчас сложно сказать. Я думаю, что есть над чем еще поработать не только в части сталкинга, но и в части других онлайн-преступлений», — сказал депутат.

По его словам, поводов для беспокойства достаточно: сталкинг может вестись из любой точки мира, а установить цепочку от жертвы до преступника крайне непросто. Кошмамбетов уверен, что без международного сотрудничества принцип неотвратимости наказания здесь не сработает.

С ним заочно спорит мажилисвумен Наталья Дементьева. Она верит, что существующих норм вполне достаточно, а главная проблема исключительно в географии — анонимы сидят за границей, вне юрисдикции нашего МВД.

«Как говорит уполномоченный орган в лице МВД, зачастую люди, которые подвергают нас киберсталкингу, находятся не на территории Казахстана, вне нашей юрисдикции. Поэтому порой их найти очень сложно. Не только в нашей стране, а по миру это сложно: и распознать, и найти таких людей», — заявила она.

А вот депутат Магеррам Магеррамов и вовсе считает, что корень зла кроется в поведении самих казахстанцев. По его мнению, закон работает, просто жертвам не хватает правовой грамотности.

«Люди сами должны все-таки правовую грамотность (проявлять — прим. ред.) и требовать от уполномоченных органов принимать меры. Если мы не будем исполнять, то хоть расстрел сделаем — толку не будет», — сказал Магеррамов.

Личный опыт против судебной практики

Его коллега Каракат Абден признается: проблема киберсталкинга знакома ей не понаслышке — в свое время от интернет-преследований пострадала она сама и ее семья. По ее словам, появление статьи 115-1 — это важный шаг, но для интернета эта норма абсолютно слепа.

«Действующая статья неэффективна, честно говоря. Жаловаться приходят, что она не работает. Поэтому часть именно по цифровому сталкингу нужно усиливать», — резюмировала Абден.

Однако мажилисмен Абзал Куспан считает, что переписывать закон еще слишком рано — прошел всего год. По его мнению, судебно-следственная практика должна дойти до Верховного суда, и дробить понятие сталкинга на «офлайн» и «онлайн» пока не стоит.

«Дело в том, что сам сталкинг не делится на части. И в будущем мы будем вводить и другие квалифицирующие признаки. И, скорее всего, будем ужесточать (наказание — прим. ред.)», — рассказал он.

Беседа вместо наказания: почему юристы бьют тревогу

Правозащитники указывают на еще одну зияющую дыру в законе — полное отсутствие профилактики.

Юрист и консультант по международному праву в области прав человека Татьяна Чернобиль поясняет: сегодня эффективные меры защиты (запрет на контакты, звонки, приближение к жертве) применяются только в случаях бытового насилия.

Если вас терроризирует муж или сожитель, ему могут даже ограничить доступ к интернету. Но если киберсталкер — это отвергнутый поклонник, бывший коллега или просто анонимный хейтер, максимум, что может сделать полиция (даже если найдет его) — провести профилактическую беседу и погрозить пальцем.

«Сферу профилактики правонарушений критически важно распространять и на киберпреступность. Но пока у нас с этим сложно», — отмечает Чернобиль.

Отправить одержимого преследователя на принудительное лечение тоже невозможно. Медицинские меры по решению суда применяются только к тем, кто признан невменяемым из-за употребления психоактивных веществ. Если киберсталкер трезв, но одержим разрушением чужой жизни — для психиатрии он неуязвим.

Спасение утопающих: цифровой чеклист

Подводя итог: пока МВД отрицает необходимость новых норм, депутаты спорят, а закон не предусматривает реальной профилактики, защита от цифровых маньяков остается заботой самих казахстанцев.

Эксперт TSARKA Аннасир Мусин подчеркивает, что пользователи сами облегчают жизнь сталкерам: оставляют открытыми профили, светят геолокацией с тренировок, используют одинаковые никнеймы и почты на всех сайтах, по которым легко собрать полный цифровой портрет.

Специалисты по кибербезопасности и юристы составили базовый алгоритм действий, если вы стали мишенью киберсталкера:

• Документируйте каждый шаг. Сохраняйте скриншоты переписок, комментариев, ссылки, ID-аккаунтов и даты. Главное для суда — доказать навязчивость, продолжительность и систематичность преследования.
• Обозначьте границы. Напишите преследователю четкое и однозначное требование прекратить любые контакты. Зафиксируйте это. Отсутствие реакции с его стороны — важное доказательство для полиции.
• Привлеките свидетелей. Расскажите о травле друзьям, коллегам, родственникам или психологу. Их показания усилят вашу позицию при подаче заявления.
• Оборвите цифровые следы. Закройте профили в соцсетях, отключите трансляцию геолокации, создайте разные почтовые ящики для работы, регистраций и личных нужд.
• Проведите аудит. Регулярно проверяйте через поисковики, какая информация о вас находится в открытом доступе или утечках баз данных, и удаляйте старые неактивные аккаунты.

Киберсталкинг — это не просто неприятные комментарии в сети, это преступление, способное сломать жизнь. И хотя Уголовный кодекс Казахстана сделал первый шаг навстречу защите граждан, до реальной цифровой безопасности стране, по всей видимости, предстоит пройти еще долгий и сложный путь.