Государство выделяло помощь банкам под низкую ставку в 4%, что позволяло им получать прибыль каждый раз, когда базовая ставка росла. Бывший глава Банка ЦентрКредит Галим Хусаинов считает, что банки зарабатывали до 150 млрд тенге дополнительной прибыли в год за счет слишком выгодных условий господдержки.
Финансист Галим Хусаинов в своем Telegram-канале рассказал, как банки могли получать десятки миллиардов тенге прибыли каждый год, однажды получив госпомощь. Он отметил, что в 2017 году госпомощь выдавалась банкам под низкую ставку в 4% на длительный срок – 10-15 лет. Это происходило через разные механизмы – выкуп облигаций, размещение депозитов, покупку проблемных кредитов.
При этом банк, получивший госпомощь, оценивал рыночные ставки по таким облигациям и проводил переоценку, признавая разницу доходом. На каждые 100 млрд тенге под 4% годовых, при том что базовая ставка тогда составляла 9,5%, а рыночная ставка по облигациям банков – 14% годовых, банк признавал «бумажный» доход в размере 61 млрд тенге. При госпомощи в 1 трлн тенге доход уже мог составлять 610 млрд тенге.
Помимо этого, за счет того, что базовая ставка все эти годы росла, а ставка по возврату госпомощи была фиксированной, с каждого 1 п.п. роста базовой ставки банк получал 1 млрд тенге дополнительной прибыли.
«Основная государственная помощь банкам выдавалась, когда базовая ставка была в районе 9,25%, и при росте до 18% рост процентного дохода от государственной помощи увеличивается до 8,75%, или на 100 млрд тенге – 8,75 млрд тенге. А если у банков государственной помощи на 1 трлн тенге, то дополнительная прибыль от роста базовой ставки составит 87,5 млрд тенге в год», – подсчитал Галим Хусаинов.
Хусаинов отметил, что на пике у банков на балансах находилось 2 трлн тенге госпомощи, что, по его оценке, давало им более 150 млрд тенге дополнительной «бумажной» прибыли в год.
Эксперт также добавил, что в мире изначально заложена логика, согласно которой государственная помощь не должна быть источником дополнительного заработка для банков. В США, например, государство после кризиса 2008 года выкупало у банков акции под 5% годовых в первые пять лет, а затем ставка повышалась до 9% годовых. В Евросоюзе банкам помогают только на рыночных условиях, поскольку их долги покупал бы частный инвестор.
Чтобы избежать ситуации, когда банки получают ежегодную прибыль от госпомощи, по мнению Хусаинова, при выдаче займов нужно было установить плавающую ставку и привязать ее к базовой ставке. Другой вариант – обязать банки покупать облигации Минфина на сумму госпомощи на такой же срок и по рыночной ставке, действовавшей на тот момент.
Финансист считает, что дополнительные доходы от переоценки госпомощи помогают казахстанским банкам показывать высокую рентабельность капитала – до 36,7% в конце 2023 года, что было одним из самых высоких показателей в мире.
«После снижения базовой ставки и возврата государственной помощи прибыльность банков может резко упасть, а так как стимулы для развития на фоне сверхприбылей могут быть утрачены, это может привести к застою в развитии сектора», – считает эксперт.
Отметим, что на текущий момент многие банки уже вернули государству взятую помощь. На начало 26-го года не возвращенными оставались 1,1 трлн тенге. Долги перед государством не погасили три банка – Alatau City Bank – 950,2 млрд тенге, Евразийский банк – 120 млрд тенге, Нурбанк – 42,3 млрд тенге. В июле Alatau City Bank сообщил, что досрочно выкупит облигации на 125,3 млрд тенге, купленные государством. Таким образом, его долг должен сократиться до 825 млрд тенге.
«Курсив» ранее подробно разбирал, сколько казахстанские банки занимали у государства.
