В казахстанских кинотеатрах показывают «Плетеного мужа» — сатирическую и поучительную сказку для взрослых с Александром Скарсгардом в роли идеального партнера, сплетенного из ивовых прутьев. Премьера фильма, за которым стоит тандем супругов Алекса Хьюстона Фишера и Элинор Уилсон, состоялась в начале года на фестивале «Сандэнс». Абсурдно-романтическая история, не стесняющаяся и сексуальных вопросов, привлекла к себе достаточно много внимания и породила волну мемов в интернете — к своеобразной промо-кампании подключилась, например, даже IKEA. О том, как «Плетеный муж» размышляет об институте брака и почему от фольклорного героя рукой подать до современного чат-бота, — в рецензии «Курсива».
Простая и грубоватая Рыбачка (Оливия Колман) живет на отшибе деревни, где она часто становится предметом насмешек. На празднике после очередной свадьбы (узы брака здесь скрепляются металлическим ошейником на шее жены) ей самой предсказывают появление суженого, хоть в это и трудно поверить. Вконец уязвленная шутками Рыбачка отправляется к сказочному мастеру Корзиночнику (Питер Динклейдж) и просит сплести ей из прутьев жениха. Тот вскоре является в образе рослого и учтивого красавца (Александр Скарсгард), и весь смысл его существования заключается в том, чтобы осчастливить супругу — как в постели, так и в быту. Необычный союз быстро приводит к толкам и пересудам соседей. Особенно недовольна жена Портного (Элизабет Дебики), под строгим надзором которой деревня привыкла жить.
Пару лет назад представитель великого и обширного актерского клана Билл Скарсгард под толстым слоем грима изображал зловещего Носферату, вампира с демонической сексуальной энергией (впрочем, самые откровенные моменты в казахстанском прокате тогда оказались стыдливо зацензурены). Теперь его старший брат Александр, полностью и самоотверженно облачившись в напечатанный на 3D-принтере древесный костюм, тоже пробует себя в качестве сверхъестественного героя-любовника, чей талант без лишних слов продемонстрирован на экране (о купюрах на этот раз вроде бы не слышно, поэтому удается даже заметить пенис чудесного создания, предмет интереса деревенских женщин).
Правда, он во всех отношениях приятен и покладист, поэтому Плетеный муж скорее напоминает о добрых монстрах Гильермо дель Торо, и в этом сказочном ромкоме действительно легко провести параллели с оскароносной «Формой воды». Ее влияние признают сами режиссеры-супруги — кстати, другую такую пару, чей союз одновременно творческий и брачный, в киноиндустрии припомнить сложно, и в контексте фильма это довольно трогательно.
Хотя вообще-то основой для «Плетеного мужа» послужил рассказ британской писательницы Урсулы Уиллс — по словам продюсера Джастина Лотропа, которому история удачно попалась на глаза, даже официально не опубликованный, а просто выложенный в интернете в середине 2000-х. В 2020 году он уже получил адаптацию на английской сцене в формате мюзикла, где партию Плетеного мужа исполняла управляемая тремя людьми кукла: окажись экранизация во власти Чарли Кауфмана или, скажем, французского абсурдиста Кантена Дюпье, возможно, на экране был бы проделан такой же трюк.
Своевременно попавший в руки кинематографистов сюжет удачно рифмуется с последними кинотрендами, удовлетворяя таким образом несколько зрительских запросов. И хотя зумеры все меньше и меньше проявляют интерес к сексу в фильмах и сериалах, определенные пикантность и фривольность все еще способны порождать ажиотаж, как это было в случае с «Грозовым перевалом» (правда, тамошний Хитклифф совсем не чета Плетеному мужу, безоговорочному грин-флагу в отношениях).
Своими наблюдениями о браке в этом году делились Оливия Уайлд («Приглашение»), Кристоффер Боргли («Вот это драма!»), частично Мэгги Джилленхол («Невеста!»), все — в подчеркнуто гротескном, а местами и экстремальном ключе. Наконец, хулиганское переосмысление сказок с точки зрения бунта против патриархата тоже весьма актуально — так, в прошлом году норвежской «Гадкой сестре» удалось добиться международного признания, присоединившись к триумфальному шествию «Субстанции» и став эдакой злой антирекламой оземпикового помешательства.
Фильм Фишера и Уилсон без труда поддается современному прочтению, и его прямолинейность, доведенная в некоторых местах до нравоучительного пафоса, который значительно проигрывает элементам местной похабщины и общей сказочной атмосфере, а также определенная сумбурность, могут стать мишенью для справедливой критики. Но все же слишком велик соблазн увлечься вслед за Рыбачкой искрящимся энтузиазмом «Плетеным мужем», заглавный герой которого, даром что имеющий природное происхождение, живо напоминает нынешних нейросетевых компаньонов — безотказный, исполнительный и вроде бы таящий в себе безграничные преимущества по сравнению с людьми. Сам Скарсгард, кстати, в прошлогоднем сериале «Дневники киллербота» уже упражнялся в роли обретшего сознание андроида.
Отрезвляющий урок доброты, сопереживания и человеческого понимания в результате получают не только глухие к семейным вопросам и потому эгоистичные сельчане (основная мысль доходчиво разжевывается устами Плетеного мужа и гласит, что отношения — это дорога в обе стороны), но также и Рыбачка. В общем, гарантированный хэппи-энд практически для всех участников действия — кроме выступающей в сюжете антагонисткой жены Портного. Ее образ приобретает дополнительное измерение в виде нереализованной амбиции стать настоящей Портнихой, равной своему хорошему, но явно недалекому мужу. Вылившиеся в монструозный характер зависть и бессилие к финалу приводят ее к поставленной создателями развилке — здесь то ли заканчивается ибсеновский «Кукольный дом», то ли начинается «Месть от кутюр».
