Снижение цен на нефть после открытия Ормузского пролива в рамках двухнедельного перемирия между США и Ираном может носить временный характер. Такое мнение высказал экономист, автор Telegram-канала Tengenomika Руслан Султанов.
По его словам, рынок воспринял новости как сигнал к развороту. Цена на нефть марки Brent упала на 12% – до $95,3. Однако основной причиной сокращения судоходства через пролив стала не столько физическая блокада, сколько резкий рост стоимости страхования. После усиления военных рисков крупнейшие страховые клубы, работающие с судовладельцами, оперативно пересмотрели вероятность убытков и повысили страховые премии с долей процента до нескольких процентов от стоимости судна – ориентировочно с 0,2% до 5%.
В результате стоимость страхования стала сопоставима, а в ряде случаев и превышала потенциальную прибыль от перевозки, что сделало многие рейсы экономически нецелесообразными. Это привело к заметному снижению трафика через пролив, заметил эксперт.
По его мнению, несмотря на объявленное перемирие, ситуация пока не вернулась к прежним показателям. Хотя уровень угрозы снизился, а страховые премии частично скорректировались, они остаются значительно выше докризисного уровня. Если ранее страхование составляло около 0,2% от стоимости судна, то сейчас показатель держится примерно на уровне 0,8%.
Султанов добавляет, что страховой рынок ориентируется не только на текущую ситуацию, но и на долгосрочные риски. В действующих расчетах уже учитываются возможность быстрого повторного закрытия пролива, высокая вероятность возобновления конфликта, а также неопределенность условий перемирия. По этой причине рынок продолжает внимательно следить за развитием ситуации.
«Финансовые рынки реагируют на факт открытия, а страховые модели реагируют на вероятность повторного закрытия. Поэтому даже при возобновлении движения судов логистика остается дороже, чем до кризиса. Это встроенная премия за риск. Дополнительно ситуация усложняется институционально – Иран продвигает механизм платного транзита через пролив. Фактически формируется новая рента на глобальную торговлю энергоресурсами», – отмечает Султанов.
В результате формируется двойная нагрузка в виде повышенной страховой премии и дополнительной стоимости транзита, поясняет эксперт.
«Даже если нефть корректируется, издержки доставки остаются выше. Это ограничивает глубину снижения цен. Параллельно сохраняются проблемы на стороне предложения. Поврежденная инфраструктура и сбои в цепочках поставок не восстанавливаются синхронно с рынком», – считает Султанов.
В результате последнего витка конфликта, по его оценкам, было разрушено до 85% химико-военного сектора, повреждены ключевые экспортные объекты, нарушена транспортная логистика и часть промышленной инфраструктуры.
Экономист отмечает, что стороны по-разному трактуют условия перемирия. США заявляют о силовом открытии пролива, тогда как Иран говорит о принятии собственных условий. Такое расхождение, по его мнению, указывает на сохраняющийся риск нового обострения.
По словам Султанова, с 2024 года конфликт развивается по схожему сценарию: сначала происходит резкое обострение, затем подключаются посредники, объявляется перемирие, стороны заявляют о победе, а спустя несколько месяцев напряженность вновь возрастает.
В краткосрочной перспективе он ожидает снижения цен на нефть, роста интереса к рисковым активам и уменьшения волатильности на рынках. Однако в среднесрочной перспективе сохраняются проблемы с предложением, высокие страховые расходы и ограничения в инфраструктуре.
В долгосрочной перспективе эксперт предупреждает, что каждый новый виток конфликта начинается на фоне снижения объемов предложения, поскольку восстановление инфраструктуры идет медленнее, чем ее разрушение. Это приводит к тому, что рынки все больше учитывают вероятность повторения подобных кризисов.
«Ключевой эффект этой паузы не в восстановлении потоков, а в переоценке их стоимости. Ормуз открыт, но его использование стало дороже и рискованнее. Это закрепляет более высокий уровень издержек для бизнеса и формирует новую норму для рынков, где снижение цен носит временный характер, а риск остается встроенным в систему», – подытожил Султанов.
На момент публикации июньские фьючерсы марки Brent торгуются по цене $93,5 за баррель (-14%).
