Новости

Конец спекуляциям открывает новую эру сложностей на валютных рынках

В период с 2002 по 2007 годы стратегия торговли на валютном рынке была достаточно проста: покупать валюты с высокой доходностью и продавать с более низкой. Такие «спекуляции», известные как «carry» обеспечивали высокие прибыли при низком уровне волатильности. С теоретической точки зрения эта стратегия была абсолютно бессмысленна. Высокая доходность валют должна была компенсировать инвесторам риски обесценения, а низкая доходность характеризовала сильные валюты, такие как швейцарский франк. Но кому нужна теория, когда в течение продолжительного времени спекулятивные сделки приносили сверхприбыли?

В период с 2002 по 2007 годы стратегия торговли на валютном рынке была достаточно проста: покупать валюты с высокой доходностью и продавать с более низкой. Такие «спекуляции», известные как «carry» обеспечивали высокие прибыли при низком уровне волатильности. С теоретической точки зрения эта стратегия была абсолютно бессмысленна. Высокая доходность валют должна была компенсировать инвесторам риски обесценения, а низкая доходность характеризовала сильные валюты, такие как швейцарский франк. Но кому нужна теория, когда в течение продолжительного времени спекулятивные сделки приносили сверхприбыли?

А затем наступил кредитный кризис, и некоторые спекулятивные стратегии эффектно развалились. Высокая доходность исландской валюты не возместила инвесторам убытки, когда рухнула крона. Восточно-европейские дебиторы до сих пор не могут свыкнуться с мыслью об убыточности займов в швейцарском франке и евро. В краткосрочной перспективе подобные спекуляции позволили им сэкономить на процентных выплатах, однако при этом создали рискованное несоответствие: доходы и заработную плату они получали в одной валюте, платили по долгам – в другой. Сейчас рынки, по крайней мере, в крупных экономиках, достигли стадии, на которой спекуляции carry практически бесполезны.. Благодаря отчаянным усилиям Центробанков по восстановлению экономик своих стран, большинство валют не приносят никакого дохода. Спрэды по доллару, евро и иене на текущих уровнях не способны обеспечить спекулянтам прибыль.

Однако, по словам Дэвида Ву из Barclays Capital, подобное утверждение справедливо лишь для номинальной доходности, тогда как в реальном выражении сохраняется ощутимая разница в доходности. Официально в США сейчас дефляция, таким образом, реальная доходность по американским гособлигациям составляет приблизительно 3%. Это значительно больше, чем в Японии, Канаде и Великобритании, а значит, может способствовать увеличению потока капитала в долларовые активы. Также можно предположить, что внимание переключилось с доходности на другие факторы. Такое происходит не впервые. В конце 90-х гг. перспективы стремительного роста экономики США считались положительным обстоятельством для доллара, так как страна привлекала инвестиции в акции технологических компаний. В другие времена доминировали торговые модели, при этом валюты стран с дефицитом бюджета считались не слишком надежными.

Что может стать основой нового режима? Адам Коул из Royal Bank of Canada считает, что ответ заключается в надежности экономической политики. В США власти показали, что готовы принять любые меры (среди которых снижение процентных ставок, спасение банков, программы финансового стимулирования и меры количественного ослабления) для восстановления своей экономики. По сравнению с США европейские власти проявили большую осторожность. Именно поэтому в последнее время доллар был сильнее евро. Это довольно странно. Увеличение дефицита бюджета и печатание денег должны вести к ослаблению валюты. По мнению Дэвида Блума из HSBC, денежные единицы тех стран, которые приняли меры в рамках количественного ослабления, будут снижаться против тех, которые не проводили такой политики.

Однако нежелание трейдеров обращать внимание на опасности таких нестандартных тактик может свидетельствовать об исключительной серьезности настоящего кризиса. Как отметил Аджай Капур из Mirae Asset Management, «в условиях долговой дефляции выигрывает валюта страны, которая несет наименьшую долю ответственности». Другое вероятное объяснение заключается в том, что динамика рынка сейчас определяется уровнями допустимого риска. Это верно для стран с развивающейся экономикой: в последние недели их валюты росли вместе с рынками акций. И в этом есть разумное зерно. Если рост на фондовых рынках – это признак стабилизации мировой экономики, то преимущество получают рынки развивающихся стран, экономика которых в значительной степени зависит от экспорта. В периоды, когда инвесторы не склонны к риску, они оказывают предпочтение доллару, что снова подтвердилось 27 марта, когда новость о распространении свиного гриппа привела к росту американской валюты. Еще одна причина, по которой доллар укрепляется в период спадов на фондовых рынках, заключается в том, что американские инвесторы, в последние годы вкладывавшие свои средства в иностранные активы, стараются вернуть свои деньги на родину.

Поддержку доллару также могут оказывать участники рынка, которые считают дефицит торгового баланса важным фактором влияния на валютных рынках. Долгие годы объем дефицита текущего счета США рассматривался как негативный фактор влияния на американскую валюту. Но мировой экономический спад и в особенности падение цены на нефть способствовали его резкому сокращению. Таким образом, новый мир валютной торговли может оказаться намного сложнее, чем старый. Однако на данный момент обстоятельства благоволят доллару. По иронии судьбы главные риски для американской валюты связаны с успешностью действий Министерства финансов и Федеральной резервной системы по восстановлению мировой экономики. Ведь инвесторы могут не только вновь начать гонку за высокодоходными валютами, но и забеспокоиться о том, как будут оплачиваться счета за все эти нетрадиционные политические меры.