Легкий, как ветер, твердый, как скала

Джона Ву называют гонконгским режиссером № 1. Его работы определили визуальный стиль девяностых: Люк Бессон и братья Вачовские по сей день используют его фирменные приемы, Тарантино обожает заимствованные у мэтра диспозиции «спиной к спине» и белых судьбоносных голубей. Создавая «Убить Билла», Квентин воодушевлялся «Убийцами» Джона Ву, а последнего вдохновляли 9-миллиметровые беретты.

Легкий, как ветер, твердый, как скалаДжона Ву называют гонконгским режиссером № 1. Его работы определили визуальный стиль девяностых: Люк Бессон и братья Вачовские по сей день используют его фирменные приемы, Тарантино обожает заимствованные у мэтра диспозиции «спиной к спине» и белых судьбоносных голубей. Создавая «Убить Билла», Квентин воодушевлялся «Убийцами» Джона Ву, а последнего вдохновляли 9-миллиметровые беретты.

Но все это в прошлом. В «Битве у Красной скалы» Джон Ву вернется в эпоху «смутного времени», когда воины, вооруженные мечами и пиками, порхали, подобно ветру, попирая законы земного притяжения.

Режиссерской фильмографии Джона Ву можно только позавидовать: начав работать на благо отечества в Гонконге, он вскоре обосновался в Голливуде. Китайцы полюбили режиссера за фильмы «Право на жизнь» и «Киллер», весь мир – за американские боевики «Без лица» и «Час расплаты», ставшие визитной карточкой режиссера. Уже тринадцать лет он предпочитает коммунизму демократию. Однако предложенный КНР бюджет в восемьдесят миллионов долларов вдохновил его на историческую сагу не хуже «Трои» или «Александра».

У нас «Скала…» идет два с половиной часа и смотрится на одном дыхании. Китайский же вариант еще масштабнее. Приближаясь к «Войне и миру», он состоит из нескольких частей, и более поэтичен и детализирован. Но и сокращенная европейская версия не сильно пострадала: картина полна потрясающих батальных сцен, зарисовок дивной природы и философского подтекста. Герои фильма живут в согласии с учением фэн-шуй и трактатом «Искусство войны», заверяя друг друга, что «война должна быть справедливой».

«Смутное время» в Китае – это времена Троецарствия. С династией Вэй, фактически управляемой талантливым военачальником Цао Цао, противоборствует южный альянс – царства У и Шу, раскинувшиеся вдоль реки Янцзы. История Китая трактует личность Цао Цао неоднозначно, однако в фильме это, несомненно, олицетворение жестокости и зла. Он жаждет победы любой ценой, не жалея крови. Тела погибших противников, предварительно обрядив их в одежду умерших от тифа, он переправляет по воде во вражеский лагерь. Не захоронить, не сжечь, чтобы ограничить эпидемию, – нет, он решает раздуть ее и в стане противника, понимая, что те будут вынуждены хоронить своих братьев.

Южный альянс, уступая северянам в численности и снаряжении армии, превосходит противника мудростью и смекалкой. В трактовке режиссера это воплощенное благородство: полководцы и их окружение слагают стихи, полемизируют, играют на цитре, любуются природой и философски шутят. Джон Ву просто раскрашивает фильм метафорами и сравнениями, а его герои постоянно говорят о небе и слушают его знаки: «Если ты хорошо знаешь небо – оно поможет тебе в бою». Так оно и случилось.

Как в «Илиаде», не обошлось и без Прекрасной Елены. Величественная и благородная, именно она опрокинет переполненное амбициями сердце Цао Цао и выльет содержимое на пол. Эту аллегорию Джон Ву исполнит в разных тональностях, и только бездушный не заметит божественной красоты главной героини фильма.

«Легкий, как ветер, нежный, как лес, неистовый, как огонь, твердый, как скала», – цитируют герои трактат о войне. То же самое можно сказать и о новом фильме культового режиссера.

Подписывайтесь на нас в Google News
Материалы по теме
Европейская Ассоциация журналов аудио- и видеотехники (EISA) присудила награды в 5 номинациях компании Samsung Electronics
Ежегодно победитель каждой номинации выбирается на основании голосования главных редакторов 50 специализированных изданий-членов ЕISA из 19 стран Европейского союза.
Финансовому сектору определили курс
«Къ» ознакомился с «Концепцией развития финансового сектора РК в посткризисный период» от 10 июля 2009 года. Видимо именно к ней апеллируют руководители Нацбанка и АФН, а также члены Кабмина и главы банков, когда говорят о предполагаемой реформе.