О чем говорил Токаев - Kursiv Media Казахстан

О чем говорил Токаев

И стоит ли ждать реальных реформ

Речь, произнесенная главой государства в парламенте 11 января, подарила казахстанцам надежду, что в стране наконец начнутся долгожданные масштабные реформы. В экономической части выступления президент признал, что построенная в республике модель рынка не работает на благо всего населения. Хуже того – в отдельных сферах она обслуживает интересы конкретных бенефициаров. Токаев пообещал перевести задачу обеспечения благополучия граждан из слов в плоскость реальных дел. «Курсив» будет наблюдать, насколько ответственной и последовательной предстанет власть в выполнении своих обещаний.

Январские тезисы

Произошедшая трагедия во многом вызвана серьезными социально-экономическими проблемами и провальной деятельностью некоторых госорганов, заявил Касым-Жомарт Токаев. Хотя экономика страны генерирует стабильный (а в тучные времена и очень высокий) рост ВВП, распределяется национальный доход неэффективно.

«Вы это хорошо понимаете и знаете», – констатировал глава государства.

За приличными средними заработками скрывается сильное имущественное расслоение, подчеркнул он. По мере роста экономики должны расти доходы всех групп населения, но в случае с Казахстаном эта «непреложная аксиома» не работает, отметил президент.

Токаев признал, что ключевыми выгодоприобретателями экономического роста в стране стали финансово-олигархические группы. Сложившиеся олигополии серьезно ограничили развитие свободного рынка и снизили конкурентоспособность страны, сказал он. Проводимая приватизация не является системной и прозрачной. Токаев пообещал навести порядок в сфере защиты конкуренции.

«Цель новой экономической политики – создание и развитие современной рыночной экономики с социальной направленностью», – заявил президент, добавив, что главным требованием для экономики должна стать честная конкуренция.

Сложившаяся в стране система господдержки бизнеса, ориентированная главным образом на обслуживание крупных структур, еще более усиливает олигополию, продолжил Токаев. Большие предприятия пользуются особыми привилегиями, подавляя конкуренцию и препятствуя проведению реформ. Принцип этой системы: «друзьям – всё, остальным – по закону», подчеркнул президент.

Отдельно досталось Банку развития Казахстана. По словам Токаева, БРК превратился в личный банк для избранного круга лиц, представляющих финансово-промышленные и строительные группы.

«Пользуясь доступом в высокие кабинеты, они получают привилегированные условия для реализации своих проектов. Мы знаем всех пофамильно», – заявил президент и поручил правительству перестроить работу института.

Символично, что три дня спустя, 14 января, из холдинга «Байтерек» (материнская компания БРК) «в связи с переходом на общественную деятельность» уволился племянник Токаева Каныш Избастин, занимавший там должность первого зампреда.

Спорная надстройка

В сфере госзакупок отсутствует честная конкуренция и широко распространены картельные соглашения, сказал президент.

«В прошлом году я поручил урегулировать картель на фармацевтическом рынке, однако некоторые пытаются оставить работу незавершенной, ссылаясь на недостатки в законодательстве», – посетовал Токаев, признавшись, по сути, в саботаже решений президента на уровне исполнительных госорганов.

Отметив, что сохраняются вопросы по прозрачности закупок фонда «Самрук-Казына», президент поставил под сомнение саму целесообразность его существования.

«Выполняет ли фонд свою основную задачу – приумножение национального богатства? Чем занимаются высокооплачиваемые сотрудники и совет директоров? Есть ли смысл нанимать очень дорогие консалтинговые компании и иностранных специалистов?» – задался вопросами Токаев.

Президент поручил правительству разработать предложения по коренной реформе квазигоссектора.

«Если невозможно реформировать фонд, такой структуры не должно быть в нашей экономике», – заявил глава государства.

Диверсификацию экономики Токаев назвал «сложной задачей», но при этом констатировал, что страна мало продвинулась в развитии перерабатывающей промышленности.

«Мы по-прежнему зависим от импорта по ряду продуктов. Ежегодно наблюдается резкий дефицит платежного баланса страны. Готовые изделия из алюминия, меди, оборудование для машиностроения по-прежнему импортируются. Или кого-то в нашей стране устраивает такая ситуация?» – сказал президент.

По его мнению, здесь необходимо определить конкурентоспособные отрасли с учетом имеющегося сырья, компетенций и экономической эффективности, а затем на основе этого анализа разрабатывать конкретные проекты и привлекать инвесторов. Это одна из основных задач, стоящих перед новым правительством, подчеркнул глава государства.

Таможня берет добро

Чтобы обеспечить макроэкономическую стабильность, бюджету необходимы дополнительные источники доходов, считает Токаев. Три таких источника президент озвучил сразу. Во-первых, это предприятия горнорудного сектора. Токаев поручил правительству «проработать вопрос» дополнительных поступлений в бюджет от крупных горнорудных компаний (возможно, имелись в виду KAZ Minerals и сырьевые активы «евразийской тройки») взамен на широкие льготы по разведке и освоению новых месторождений. Во-вторых, это производители бензина и «различные посредники», которые «получают дополнительные прибыли в условиях благоприятной конъюнктуры рынка». Часть этой маржи, по мнению Токаева, следует изымать в пользу бюджета через акцизы.

«Правительство должно провести соответствующие расчеты. При этом нельзя допустить роста цен», – распорядился президент. 

Третий источник – несырьевой. Он заключается в наведении порядка на таможне, особенно на границе с Китаем, где, по словам Токаева, творится «самый настоящий бардак», а страна теряет десятки миллиардов тенге.

«Существуют некие «уполномоченные операторы», имеющие статус неприкасаемых. Машины не досматриваются, налоги и пошлины не платятся. Расхождения в «зеркальной» статистике с таможенными органами КНР достигают миллиардов долларов. Так дело не пойдет», – заявил президент и поручил «провести комплексную проверку и обеспечить порядок на таможенной границе». 

По данным телеграм-канала Тengenomika, за 2018–2020 годы разница между казахстанской и китайской таможенной статистикой составила $22 млрд. Если предположить, что китайская статистика правильная, то объем экспорта из РК в КНР за эти три года был занижен на $4 млрд, а объем импорта в Казахстан из Китая – на $18 млрд. По не­официальной информации, пуб­ликуемой телеграм-каналами, основную часть потока товаров из Китая контролировал Болат Назарбаев.

Делись и не дерись

Возвращаясь к теме неэффективного распределения национального дохода, Токаев поручил создать общественный фонд «Қазақстан халқына», который займется решением реальных проблем в сфере здравоохранения, образования, социальной поддержки. По мнению президента, это укрепит в гражданах чувство справедливости. В фонд будут направлены обязательные отчисления оператора лотерейной деятельности, центра учета ставок и других монополистов.

«Конечно, мы ожидаем значительные и регулярные, я подчеркиваю, регулярные отчисления со стороны крупного бизнеса», – заявил Токаев.

Как следует из слов президента, для тех лиц и компаний, которым повезло сильно разбогатеть за годы независимости, это будут не добровольные пожертвования, а обязательные платежи. Правительству поручено определить круг плательщиков и согласовать с ними размер ежегодных взносов в фонд.

«Благодаря Елбасы в стране появилась группа очень прибыльных компаний и прослойка людей, богатых даже по международным меркам. Считаю, что пришло время отдать должное народу Казахстана и помогать ему на системной и регулярной основе. Кроме того, ожидаю активного участия и от тех лиц, которые, фактически обладая огромными средствами, находятся в тени», – отметил глава государства.

Шоковая теРОПия

Предполагать, как далеко готова зайти новая власть в проведении реформ, сложно. Но речь Токаева, безусловно, является ревизионистской в отношении как минимум экономического курса его предшественника. Президент в своем выступлении поименно назвал только два хозяйствующих субъекта (БРК и «Оператор РОП»), которыми он, скажем так, недоволен. Но если в отношении квазигосударственного института прозвучало требование «перестроить деятельность», то по частному оператору было велено лишить его функций получения и распоряжения утилизационным сбором. Этим должно заниматься государство, сказал Токаев. По данным сервиса ADATA, учредителем ТОО «Оператор РОП» является некая Шнар Муктарова.

Но понятно, что за этим уникальным бизнесом должен стоять какой-то непростой человек. СМИ писали, что этим человеком была Алия Назарбаева. Официального подтверждения этой информации нет.

Зато есть официальная информация о том, что все три зятя Назарбаева лишились своих статусных кресел. Как сообщается на сайте «Самрук-Казыны», Димаш Досанов перестал возглавлять «КазТрансОйл», а Кайрат Шарипбаев – QazaqGaz. В обоих случаях полномочия были прекращены досрочно и «согласно поданному заявлению». Оба увольнения датированы
14 января. Спустя три дня о своей добровольной отставке с поста председателя президиума НПП «Атамекен» объявил Тимур Кулибаев. В этот же день, 17 января, от должности первого зампреда КНБ был отстранен племянник Назарбаева Самат Абиш

Семья Назарбаева очевидно теряет свои позиции в официальной власти, а также, возможно, лишается некоторых источников серых доходов. Однако члены фамилии продолжают владеть лакомыми бизнес-активами, собственниками которых являются как они сами, так и доверенная элита. Скорее всего, именно от этих людей Токаев потребовал «отдать должное народу Казахстана» (то, что власть решится на перераспределение этих активов, представить себе трудно). 

Принудительные взносы в благотворительный фонд – явно нерыночная мера, не говоря уже о том, каким образом она может быть оформлена юридически. Логика президента (и электорат ее наверняка поддержит) может заключаться в том, что эта нерыночная мера будет применена в отношении столь же нерыночно нажитого богатства. Под нерыночно нажитым можно понимать, например, богатство, полученное в результате непубличных приватизационных сделок, неконкурентного доступа к природным ресурсам, подрядным контрактам и дешевым заемным средствам, эксклюзивного доступа к работе в сегментах, где конкуренция отсутствует в принципе (как в случае с утильсбором). Список компаний-плательщиков, принцип их отбора и размер взносов в фонд – всю эту информацию общественности еще предстоит узнать. 

Чем богаты – 1

Предположить, кто может войти в этот список, поможет рейтинг казахстанского Forbes (с оговоркой, что издание оценивает только публичные состояния). В топ-50 богатейших бизнесменов РК за 2021 год вошли всего три прямых члена семьи Назарбаевых, это чета Кулибаевых и Нурали Алиев. Когда в 2019 году «КазМунайГаз» решил избавиться от сети своих заправок (видимо, с благородной целью передачи непрофильных активов в конкурентную среду), их покупателем стал именно Тимур Кулибаев. В прошлом году Кулибаев за $365 млн продал аэропорт Алматы. А в конце прошлого года он продал долю в АО «КазАзот», выручив за 50% акций около 40 млрд тенге. Состояние Кулибаевых Forbes оценил в $5,8 млрд (данные на 23 апреля 2021 года). 

Активы Нурали Алиева были оценены в $195 млн. Ему тоже улыбнулось поучаствовать в приватизации, благодаря чему он возглавляет совет директоров компании «Транстелеком» (бывшая «дочка» КТЖ) и контролирует 75% ее акций. У его матери, Дариги Назарбаевой, формально бизнеса нет, радиостанцию «Европа плюс Казахстан» и телеканал «НТК» она переоформила на сына (судя по данным Forbes). В 2013 году Назарбаева продала компанию «Алма-ТВ» Динмухамету Идрисову (№ 20 в списке Forbes). А в 2010-м она продала Нурбанк Софье Сарсеновой, сес­тре Рашита Сарсенова (№ 10). Сумма сделок в обоих случаях не раскрывалась.

В 2014 году общественность была удивлена информацией (и после этого перестала удивляться чему бы то ни было), что Фонд первого президента РК – Лидера нации приобрел 18% акций коммерческого Bank RBK. Доля была оформлена на ТОО «Дирекция по управлению имуществом «Фонд-Инвест», которым владела Дарига Назарбаева. В состав акционеров этого банка входили также Кайрат Шарипбаев, Динмухамет Идрисов и Болат Назарбаев (с долями от 9 до 10%). В конце 2017 года Bank RBK едва не обанкротился, но был спасен путем вливания госсредств и денег нового акционера. В отличие от БТА и Казкома, он не был системообразующим, и его реанимация была проведена, скорее всего, исключительно из имиджевых соображений. Потому что оказавшийся в похожей ситуации Qazaq Banki (одним из его акцио­неров также был Идрисов, но имя первого президента в связи с этим банком не фигурировало) власти без сожаления ликвидировали. По факту хищений в Bank RBK и Qazaq Banki было проведено следствие, состоялся суд, и признанные виновными лица получили тюремные сроки. Возможно, в изменившихся политических обстоятельствах эти лица захотят дать новые показания.

Финансовая воронка

Критикуя сложившуюся в стране систему господдержки, Токаев отметил, что те госсредства, которые достались крупным проектам и их избранным «известным пофамильно» инициаторам, могли бы пойти на развитие МСБ. В этом контексте уместно вспомнить, какие гигантские ресурсы были потрачены государством на спасение отдельных БВУ. Например, оздоровление Цеснабанка (принадлежал Адильбеку Джаксыбекову) стоило стране свыше 1 трлн тенге, не считая выделенных ранее Нацбанком 100 млрд тенге по программе повышения финустойчивости. Ответственности за доведение Цеснабанка до банкротства, в отличие от ситуации с Bank RBK, никто не понес. Сейчас фамилии Джаксыбековых нет в рейтинге Forbes, но в 2018 году Даурен Жаксыбек (сын некогда влиятельного чиновника) занимал там завидное седьмое место. 

В то время как государство национализировало убытки Цеснабанка, для его новых владельцев сделка оказалась сверхвыгодной. По итогам 2019 года консолидированная прибыль Jusan Bank составила 275 млрд тенге, из них 241 млрд – доход от обратного приобретения (то есть от присоединения First Heartland Bank к Цеснабанку). Согласно аудированной отчетности, этот доход был получен «из-за вынужденной продажи, а также проблемной ситуации», в которой оказался Цеснабанк в момент совершения сделки. Позднее Jusan выплачивал своему акционеру щедрые дивиденды, хотя было бы справедливо, если бы эти деньги возвращались государству в погашение того триллиона тенге, что был потрачен на спасение Цеснабанка. 

Конечным контролирующим собственником Jusan Bank является частный фонд «Назарбаев Фонд». Миноритарной долей банка в 20% владеет Галимжан Есенов (№ 21 в списке Forbes). По данным СМИ, он приходится зятем Ахметжану Есимову, который, в свою очередь, является племянником Нурсултана Назарбаева. Последняя официальная должность Есимова – председатель правления фонда «Самрук-Казына». Он покинул это кресло в марте прошлого года, вскоре после того как Jusan купил АТФБанк у Галимжана Есенова. Международные рейтинговые агентства писали, что сделка прошла непрозрачно. На сайте KASE появлялось сообщение, что в рамках сделки государство выкупит плохие кредиты АТФБанка на сумму 174 млрд тенге, но было быстро удалено. Аудиторская отчетность банков Jusan и АТФ за 2020 год, в которой должны были быть раскрыты детали сделки, до сих пор не опубликована. В 2017 году государство уже помогало АТФ через заем на сумму 100 млрд тенге по программе повышения финустойчивости.

Чем богаты – 2

Помимо четы Кулибаевых и Нурали Алиева в рейтинге Forbes есть еще один человек, которого можно отнести к членам семьи Назарбаевых. Это Кайрат Боранбаев (№ 14 в списке богатейших с состоянием $590 млн). Он породнился с Даригой Назарбаевой в 2013 году, выдав свою дочь за младшего сына Дариги Айсултана. Спустя три года удачливый бизнесмен попал в список Forbes. В числе его активов – отель «Рахат Палас», ТРЦ «Алмалы», 50%-ные доли в Esentai Tower и Esentai Mall, сеть McDonald’s. Вместе с российскими партнерами он владеет Карагандинским фармацевтическим комплексом (участник поставок по госзакупкам).

А принадлежащее ему ТОО «RR2» управляет платными парковками Aparking в Алматы. Этот проект был запущен в 2016 году, когда акимом Алматы был Бауыр­жан Байбек (сын одноклассника Нурсултана Назарбаева). 

Сразу четыре человека из списка Forbes заработали свои капиталы на добыче меди. Это владельцы KAZ Minerals и «Корпорации Казахмыс» Владимир Ким (№ 1 в рейтинге), Эдуард Огай и Олег Новачук (делят 18-е место), а также Владислав Ким (№ 27). Их суммарное состояние оценивается в $5,8 млрд. Владимиру Киму принадлежит также Bank RBK. Именно он, будучи миноритарием этого банка, был назначен его спасителем и влил в структуру 160 млрд тенге в дополнение к тем 244 млрд тенге, которые выделил Нацбанк. Возможно, именно этим людям, а также «евразийцам» была адресована претензия Токаева в том, что страна импортирует готовые изделия из алюминия и меди, а не производит их сама.

«Евразийцев» в рейтинге Forbes представляет только семья Ибрагимовых (№ 8 с состоянием $980 млн), поскольку у Александра Машкевича и Патоха Шодиева нет казахстанского гражданства. Группа владеет алюминиевым и электролизным заводами, компаниями «Казхром» и ССГПО, а также банком и крупнейшей страховой компанией. Высокие доходы не мешают бизнесменам принимать помощь от государства: в 2017 году Евразийский банк получил 150 млрд тенге от Нацбанка по программе повышения финустойчивости. Племянник Патоха Шодиева Орифджан Шадиев владел двумя банками в Казахстане, и оба в прошлом году окончательно обанкротились. Один из них остался должен Нацбанку почти 16 млрд тенге. Согласно мировому соглашению, заключенному в суде, Шадиев обязался вернуть эту сумму до конца 2024 года.

Под № 4 в рейтинге Forbes значится Булат Утемуратов с состоянием в $3,5 млрд. Ему принадлежат три отеля Ritz-Carlton (в Нур-Султане, Вене и Москве), отель Rixos Borovoe, столичный БЦ «Talan Towers», два БЦ в Алматы, ForteBank (вобравший в себя ранее национализированные Альянс Банк и Темірбанк), 25% в ТОО «КаР-Тел», 80% в ТРК «31 канал», 65% в золотодобывающей RG Gold. Также Утемуратов владеет 1,16% акций швейцарской Glencore, которые он получил в обмен на долю в «Казцинке» (под этим брендом была объединена и приватизирована целая группа предприятий цветной металлургии, построенных в советское время). 

Девятое место в списке Forbes с состоянием $950 млн занимает зять Имангали Тасмагамбетова Кенес Ракишев. Он сослужил государству хорошую службу, поучаствовав в 2014 году в процессе приватизации БТА (для власти передача ранее национализированных банков частным инвесторам была вопросом имиджа и престижа), а позднее в деле «спасения» Казкома. «Спасение» Казкома (банк был продан Халыку за два тенге) обошлось государству в 2,64 трлн тенге, которые были потрачены на выкуп неработающих кредитов. БТА как банк спасти не удалось, его превратили в коллекторскую компанию, которой Ракишев владеет до сих пор (и которая должна в том числе возвращать активы, незаконно выведенные Мухтаром Аблязовым). В декабре 2020 года появилась сенсационная новость о том, что британский суд заморозил активы Булата Утемуратова по иску БТА Банка, в котором истец назвал Утемуратова причастным к сокрытию похищенных Аблязовым средств. Спустя несколько дней иск был отозван, поскольку юристы Утемуратова представили документы, подтверждающие его непричастность, сообщила компания «Верный капитал». 

Золотая антилопа

В своей речи 11 января президент всего один раз упомянул слово «коррупция». Оно было произнесено в отношении проекта строительства LRT. Хотя именно коррупция лежит в основе и нечестных тендеров, и многих других злоупотреблений, подавляющих конкуренцию и лишающих законопослушный бизнес стимула развиваться. 

В сентябре прошлого года замглавы Комитета госдоходов Минфина Жайдар Инкербаев, подводя итоги первого этапа всеобщего декларирования доходов, раскрыл поразительные данные. Всего было представлено 497 тыс. деклараций от госслужащих и приравненных к ним лиц, а также от их жен или мужей. Из них 440 человек отчитались о наличии счетов в зарубежных банках на общую сумму 691 млрд тенге (в среднем около $3,7 млн на одного чиновника по обменному курсу на тот момент). Для сравнения: совокупный объем розничных вкладов казахстанцев в четырех самых небогатых регионах страны (Туркестанская, Кызылординская, Жамбылская и Акмолинская области) на 1 сентября прошлого года составлял 633 млрд тенге.

Материалы по теме