Как в боевых условиях повели себя валюты Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана

Более устойчивым к внешнему шоку оказался сум
Вы узнаете
На фоне ослабления нацио­нальных валют и усиления инфляционных ожиданий центробанки повысили ставки рефинансирования. Исключением стал Узбекистан, где колебания сума к американскому доллару оказались незначительными

Казахстанский тенге, реагируя на тонущий российский рубль, показал высокий уровень корреляции с белорусским рублем и кыргызским сомом. Более устойчивым к внешнему шоку оказался узбекский сум.

Редакция «Курсива» изучила, как валюты трех стран Центральной Азии – Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана – реагируют на военные действия России на территории Украины и какими мерами власти смягчают воздействие внешних шоков.

Динамику процентного изменения номинального курса доллара и рубля относительно тенге, сома и сума можно увидеть на инфографике (использованы курсы, которые устанавливали центробанки). Для информативности мы добавили белорусский рубль – валюту страны – участницы ЕАЭС.

Оперативное вмешательство

24 февраля 2022 года Россия начала так называемую спецоперацию на территории Украины. Российский рубль отреагировал на новости, начав стремительно снижаться к доллару. Тенге тут же показал аналогичную динамику. И пока российский ЦБ поддерживал курс только валютными интервенциями, Нацбанк РК уже 24 февраля принял решение о повышении базовой ставки сразу на 325 базисных пунктов, с 10,25 до 13,5%, и сообщил о проведении валютных интервенций на сумму $104 млн по состоянию на 13:00.

Параллельными курсами с российским рублем и казахстанским тенге 24 февраля двигался белорусский рубль. И хотя Нацбанк Беларуси в тот день об интервенциях не отчитался, позже все-таки стало известно, что в феврале регулятор «сжег» на бирже не менее $103 млн.

Национальный банк Кыргыз­ской Республики провел 24 февраля интервенции на скромные $13,1 млн, ЦБ Узбекистана о валютных интервенциях не отчитывался (делает это раз в квартал). В результате ни кыргызский сом, ни узбекский сум первый день военных действий на территории Украины не заметили.

Поворотным моментом стали первые «военные» выходные. Пакет санкций США и Европы, заморозивший активы российского ЦБ, перекрыл регулятору возможность стабилизировать динамику обменного курса с помощью валютных интервенций. В результате еще до открытия валютных торгов в понедельник, 28 февраля, Банк России объ­явил, что ключевая ставка резко повышена – до 20%. В тот же день резидентов – участников внешнеэкономической деятельности фактически заставили продавать 80% от своей валютной выручки. Казахстанский Нацбанк 28 февраля провел валютные интервенции на $98 млн, при этом торги на биржевой площадке KASE шли в форме франкфуртского аукциона.

На валютном фронте

Несмотря на все меры поддержки, в начале марта казахстанская валюта перешагнула психологическую отметку 500 тенге за доллар (а российская – 100 рублей за доллар). Продолжал обесцениваться и белорусский рубль – Нацбанк Беларуси также прибегнул к мере монетарного регулирования и с 1 марта поднял ставку рефинансирования с 9,25 до 12% годовых.

С небольшой задержкой на происходящее начал реагировать сом – после незначительных колебаний он поддержал динамику тенге, и 10 марта НБ Кыргызстана поднял учетную ставку на 400 базисных пунктов, с 10 до 14%. На следующий день регулятор установил временный запрет на вывоз наличных долларов за пределы Кыргызской Республики для коммерческих банков, обменных бюро, микрофинансовых и микрокредитных компаний КР.

Из-за ажиотажного спроса на наличную валюту (долларами в Казахстане в нарушение законодательства начали торговать даже на OLX) Нацбанк РК 14 марта сообщил об ограничении вывоза наличной иностранной валюты (не более $10 тыс. или их эквивалент в другой валюте) и слитков аффинированного золота и инвестиционных монет (не более 100 граммов).

На фоне ослабления нацио­нальных валют и усиления инфляционных ожиданий центробанки всех попавших в нашу подборку стран повысили ставки рефинансирования. Исключением стал Узбекистан, где колебания сума к американскому доллару оказались незначительными: c 24 февраля до 16 марта узбекистанская валюта ослабла буквально на пару процентов, тогда как для тенге и сома это двузначные значения.

При этом узбекский сум значительно – почти на треть – укрепился к рублю (и, соответственно, к тенге). Доктор экономических наук и независимый член правления ЦБ Узбекистана Нишанбай Сиражиддинов в комментарии «Курсиву» о влиянии украинского кризиса на Узбекистан предположил, что падение курса рубля и тенге по отношению к суму приведет к снижению ценовой конкурентоспособности экспорта из Узбекистана, а импорт из России и Казахстана в Узбекистан, наоборот, вырастет. Вместе со снижением валютных поступ­лений из РФ и РК это уменьшит предложение иностранной валюты на внутреннем рынке и, соответственно, повлечет рост спроса на нее. Следствием станет ускорение темпа снижения обменного курса сума по отношению к доллару.

Относительно тенге с сомом российский рубль также подешевел (согласно курсам, установленным регуляторами на 16 марта) на 13–17%. Нацбанк Кыр­гызстана с 14 марта временно изменил порядок определения официального курса российского рубля к кыргызскому сому. Он рассчитывается по кросс-курсу на основе средних значений между максимальным и минимальным курсом доллара США к рублю, зафиксированным в ИА «Блумберг»/ИА «Рейтер» в период времени с 15:00 предыдущего торгового дня до 15:00 текущего торгового дня по бишкекскому времени.

Подписывайтесь на нас в Google News
Материалы по теме
Сейчас читают