Куда движется индустрия видеоигр в Казахстане

И что происходит с глобальным рынком
Фото: Shutterstock

В ноябре Astana Hub открыл GameDev Center, который должен придать импульс медленно развивающейся индустрии мобильных и компьютерных игр в Казахстане. «Курсив» узнал, что сейчас происходит в отечественной игровой индустрии.

Данных по рынку видеоигр в Казахстане почти нет в открытых источниках, но, по отчету Newzoo’s Global Games Market Report, в 2020 году Казахстан располагался на 44-м месте в сфере игровой индустрии и входил в топ-5 стран Восточной Европы по выручке рынка видеоигр. Казахстанские игроки потратили $183 млн. По данным Федерации киберспорта Казахстана, более 5 млн казахстанцев играют в компьютерные или мобильные игры.

Своя игра

В Казахстане пока нет отечественных крупных студий, игры которых завоевали громкую популярность в мире. Из размещенных на платформах казахстанских продуктов можно отметить мобильную игру Car Parking с загрузкой 100 млн скачиваний в Google Play, занимающую четвертое место в рейтинге платформы, а также MadOut 2 с более 10 млн скачиваний.

«Сейчас в Казахстане разрабатывают игры около 100 небольших компаний, которые так или иначе занимаются GameDev с коммерческой точки зрения.

В 2019 году их было в районе 50. Посмотреть точно, сколько игр произведено в РК и кто их автор – невозможно. Автор просто релизит игру в App Store или Google Play, но создатели не стремятся делиться этой информацией», – комментирует основатель сообщества GameDev.kz Булат Танирберген.

Большинство компаний расположены в Алматы, Астане и Караганде. В основном это маленькие инди-студии (5–10 человек), которые создают мобильные игры на собственные средства. Размещение игр на платформах для таких команд почти бесплатное, а зарабатывать можно на рекламе и внутриигровых покупках, но доходами нужно будет делиться с платформой. Также в игровом бизнесе участвуют издатели, которые занимаются маркетингом игр, но таких в РК пока единицы.

«Если основатель студии разработчик, к тому же владеющий 3D, то затраты на открытие предприя­тия не очень большие. Многие инди-компании начинают делать игру на свои сбережения. Сегодня на разработку мобильной игры нужно примерно от $100 тыс. Это все еще венчур, высокорисково», – отмечает Булат Танирберген.

Одними играми не проживешь

Отечественные игровые студии зарабатывают не только производством игр. Оставаться на плаву им помогает создание обучающего софта для крупных производителей или госорганов.

«Мы делаем 3D-контент, анимацию, в том числе обучающие игры и симуляторы для бизнес-компаний. Например, мы сделали симулятор в формате игры для сотрудников горнодобывающего предприятия, в которой рассказывается о технике безопасности. Такие же симуляторы делаем для силовых госорганов. Такие игры также относятся к GameDev, но на стыке с EdTech. Создание симуляторов – это основной и главный доход студий в РК сегодня», – объяснил CEO стартапа Steppe Dragon Ярослав Халиуллин.

Стартап Ярослав Халиуллин запустил год назад, после увольнения с позиции вице-президента по разработке из американской игровой компании. В стартапе работают 12 казахстанских специалистов. В 2022 году компания разместила на платформах свой первый игровой продукт – детскую образовательную мобильную игру «Приключения Плутоши». Пока на продвижение игры деньги не тратятся – идет тестирование гипотезы в Казахстане.

«Рынок растет медленно и нет студий, которые бы выстрелили с игрой. Единичные мобильные игры засветились глобально – и все пока. У нас немало профессионалов, которые ценятся глобально, но они редко собираются в команды, потому что казахстанский рынок не может платить такие же высокие зарплаты, как зарубежные компании. И таланты перетекают за рубеж или работают на них отсюда», – дает Халиуллин оценку ситуации на казахстанском рынке.

Инвестиции на разработку игры стартап привлек в Shanyraq.vc в размере $120 тыс. После окончания тестирования разработчики планируют продвигать игру в Европе, Австралии и арабских странах.

Венчурный капитал РК не готов играть в GameDev-стартапы

Несмотря на успешный кейс с инвестициями стартапа Steppe Dragon, венчурные фонды в большинстве своем пока не рискуют инвестировать в казахстанскую индустрию видеоигр. Причины – маленький рынок и недостаточная для тестирования гипотезы внутренняя аудитория.

Представители MOST Ventures поясняют, почему в портфеле фонда проекты из сферы GameDev пока отсутствуют. «Во-первых, с точки зрения выхода из проекта для инвестора индустрия достаточно сложная. В мире не так много стратегических компаний, которые могут выкупать такие проекты, а статистика по IPO в этой сфере доказывает, что проектов с выходом в действительности мало. Во-вторых, GameDev требует постоянных вложений в маркетинг, стоимость привлечения клиентов выше, чем окупаемость. При этом постоянно нужно выпускать новые игры из-за высокой конкуренции, LTV на одной игре ограниченный и выпускаются много схожих игр. Опять же экспертиза в Казахстане в этой сфере достаточно низкая».

По мнению представителей фонда, на казахстанском рынке примеры успешных кейсов чаще встречаются в более понятных направлениях, таких как b2b SaaS, fintech и e-commerce.

А стартапам в GameDev, резюмировали в MOST Ventures, остается только один путь – выходить на внешние рынки, тестировать, получать результаты и отслеживать тренды.

Релокация нам поможет

В 2022 году из-за экономических санкций из России в Казахстан релоцировался целый ряд глобальных компаний игровой индустрии, в их числе Playrix (оценка в 2021 году – $8 млрд), Nexters, Mytona и Sperasoft. По мнению казахстанских исследователей GameDev, открытие офисов компаний оживит казахстанский рынок видеоигр.

«Появившееся в этом году движение на отечественном рынке во многом активизировалось из-за релокации российских компаний. Уже видна конкуренция за казахстанских специалистов и обмен опытом. При этом государство, предоставляя комфортные условия для релокантов, одновременно создает хорошие условия для наших студий, таким образом может остановиться утечка мозгов за рубеж, а для инвесторов GameDev станет понятным», – считает исследовательница видеоигр Александра Кнышева.

Участники видеоигрового рынка предполагают, что благодаря приезду больших компаний в Казахстан вырастет вероятность возникновения влиятельной отечественной студии, вокруг которой будет строиться экосистема GameDev в Казахстане.

«Крупная компания может появиться внезапно и с выстрелившей игрой тащить весь рынок, стать кузницей кадров, как когда-то Wargaming в Беларуси. Потому что и инвесторам становится понятно, с чем они имеют дело, и работники становятся увереннее, и качество разработки растет. А когда много инди-команд, передача опыта и взращивание кадров намного меньше», – говорит Булат Танирберген.

Кто нужен в GameDev и где этому учат

КБТУ первый и пока единственный вуз в РК, в котором учат GameDev на базе высшего образования на IT-факультете. Летом 2022 года в университете открылась GameLab KBTU по разработке и исследованию видеоигр.

«В нашу летнюю школу приезжали эксперты из крупнейших мировых студий Wargaming, Garena, Saber Interactive. Это казахстанцы, которые работают в этих компаниях. Для студентов было вдохновляющим опытом, что игры делают такие же казахстанцы. Отечественные разработчики известны давно, и их постоянно хантят. И сейчас вопрос в том, сколько из них останется в РК, будут открывать студии, платить налоги и взращивать кадры. Или уедут с нашего и так зачаточного рынка игр», – заметила руководитель GameLab KBTU Александра Кнышева.

В GameDev, в отличие от других IТ-отраслей, требуются не только программисты и продуктовые менеджеры, но и другие специа­листы: сценаристы, геймдизайнеры, культурологи, актеры, художники и т. д.

«У нас преподается обязательный курс по геймдизайну. Обучаем на нарративного дизайнера, это чем-то похоже на сценариста. Планируем звать артистов на митапы, где они будут знакомиться с разработчиками. Со следующего потока студентов мы введем занятия по маркетингу и менеджменту именно в GameDev. Наша цель – сделать геймдев структурным, университетским и понятным. В перспективе в партнерстве с мировым университетом хотим ввести магистерский курс по GameDev», – сказала Александра Кнышева.

По мнению Булата Танирбергена, индустрии GameDev нужны не только геймдизайнеры, но и, например, специализирующиеся в этой области юристы. Нужны как раз для того, чтобы продавать (и продаваться) на глобальном рынке, куда стремятся казахстанские студии.

Подписывайтесь на нас в Google News
Материалы по теме
Сейчас читают