Поможет ли цифровая маркировка развитию отечественного производства?

Опубликовано
Разбираем аргументы “за” и “против” – на примере обуви
Фото:Atameket.kz

Уровень теневой экономики в Казахстане, по данным Бюро национальной статистики, составляет 19,75% к ВВП. По другим данным, эта цифра стремится к 50%, и пусть официального подтверждения такого «перекоса» в статистике нет, это еще раз иллюстрирует масштаб проблемы, которую нельзя недооценить. 

Контрафакт и контрабанда, являющиеся, по словам экспертов, «одним из самых удобных экономических преступлений», распространены практически во всех сферах экономики. Специфика структуры оборота обувных товаров, например, такова, что 96% – это импорт и только 4% приходится на внутреннее производство. 

Подобная ситуация складывается из-за совокупности двух факторов: «белые пятна» на таможне и отсутствие альтернативных методов контроля и прослеживаемости товарооборота. Теневой оборот существенно ограничивает развитие внутренних рынков в силу того, что местные производители, которые, в отличие от «пиратов», платят налоги и следят за качеством товара, в конечном счете попросту не выдерживают ценовой конкуренции.

Очень-очень дешевле

Апрель 2018 года, Международный центр приграничного сотрудничества «Хоргос» на границе Китая и Казахстана. Журналистка Informburo.kz Дана Круглова приезжает делать репортаж о «бардаке на границе» (о котором спустя почти пять лет резко выскажется Касым-Жомарт Токаев). 

«В 10 утра в торговых домах можно встретить уже закупившихся «челночников». Как живая отсылка к 90-м, они повсюду сидят с огромными баулами в ожидании возможности переправить их на ту сторону Хоргоса, – пишет Дана. – Те, кто приезжает сюда за товаром, часто не желают сковывать себя законными нормами и платить по 4 евро за килограмм простынь, норковых изделий, обуви и прочих вещей. Схема провоза товара здесь хорошо налажена и почти не засекречена. На каждом углу к вам подойдет услужливый «помогайка»: так здесь называют тех, кто по 200 тенге за килограмм переправит ваш товар через границу». 

Чтобы переправить покупки с китайской на казахстанскую сторону, нужно было обратиться в местный филиал «Казпочты», где сумки упакуют и перевезут по отдельному тарифу. Сумма за килограмм была небольшая, но, в зависимости от объема покупок, она утяжеляла конечную стоимость на перепродаваемый товар. (Несколько наивно полагать, что человек покупал 50 кг условных полотенец для себя).

«Ищите «помогай», – улыбающийся продавец бутика сумок с китайским акцентом отвечает на вопрос журналистки о том, как провезти товар, превышающий установленный лимит. – Это дешевле, очень-очень дешевле».

Читайте также: Китай – главное направление, откуда в РК поступает контрабандная обувь

Прошло 4 года. Хоргос закрылся в непростом для всех 2020 году, казахстанская сторона для «туристов» не открылась до сих пор, но проблема никуда не делась. За счет эффекта от масштаба (население Китая на 2021 год составило 1,4 млрд человек) и дешевой рабочей силы Поднебесная является крупнейшим в мире производителем обуви и вполне закономерно выступает ключевым поставщиком этого товара для Казахстана. 

Фото: Inromburo.kz

Большие легальные объемы маскируют чрезвычайно огромный поток контрабанды. Эксперты бьют тревогу не первый год, реальные цифры назвать попросту нельзя, но о масштабах проблемы (еще раз!) говорит тот факт, что в январе 2022 года на проблему обратил внимание президент РК. 

Важный факт: по оценке Kursiv Research, в 2021 году контрабанда повседневной обуви из Китая зафиксировалась на отметке $236 млн.

«Серые» белые пятна

Главными факторами, способствующими недостоверному декларированию товаров и, соответственно, распространению контрабанды, была и остается коррупция, вымогательство и дача взяток, осенью 2021 года писал на своей странице в Facebook уполномоченный по защите прав предпринимателей Казахстана Рустам Журсунов, стали повседневностью.  

Тогда он сообщил, что 9 сентября 2021 года принял участие в работе Государственной комиссии по вопросам противодействия коррупции, где доложил о мерах по противодействию коррупции в таможенной сфере. По словам Рустама Журсунова, офис бизнес-омбудсмена и Национальная палата предпринимателей РК «Атамекен» регулярно проводят анализ состояния коррупционных проявлений во всех сферах экономики, в том числе и в таможенной. 

Последний, проведенный Национальной палатой предпринимателей, анонимный опрос показал следующее:

  • при пересечении границ с коррупцией сталкиваются 90% участников ВЭД;
  • львиную долю взяток уплачивают таможенникам (45%);
  • самым коррумпированным остается автомобильный вид транспорта (72%);
  • коррупции подвержены все виды перемещений (импорт, экспорт, транзит);
  • самыми коррумпированными остаются пересечение казахстанско-китайской (31%) и казахстанско-узбекской (49%) границ;
  • взятки на таможне платят: за освобождение товаров от досмотра (50%) и проверки документов по стоимости, весу и классификации товаров (28%), изменение веса (17%) и другое;
  • 50% всех взяток составляют суммы до 300 долларов.

Кто и что должен делать

Экономический ущерб при распространении контрабандного товара несут прежде всего государство (недополученные налоги, исчисляемые миллионами долларов), сами потребители и, собственно, бренды. Контроль товарооборота последним усложняет так называемый параллельный импорт. 

Параллельный импорт – это ввоз в страну оригинальных товаров без согласия правообладателя. Практика параллельного импорта опирается на принцип исчерпания исключительного права на товарный знак: если товар был однажды введен в оборот (для этого нужно подать сведения о товаре в информационную систему маркировки), компания-правообладатель теряет возможность контролировать то, что происходит с ним дальше (хранение, транспортировка, продажа, перепродажа). 

В Казахстане параллельный импорт был запрещен с 2012 по 2015 год. Формально он запрещен до сих пор, но, как обычно, есть нюансы. В 2015 году Казахстан вошел в ЕАЭС, в который, очевидно, входит и Россия. В России параллельный импорт заработал в марте 2022 года, а Китай является партнером России по параллельному импорту. То есть товар, введенный в оборот в России или Китае, де-факто не требует согласия правообладателя при обороте в Казахстане. Кроме того, крупные корпорации будут закрывать глаза на схемы параллельного импорта, потому что их основная цель – увеличение прибыли и стоимости акций.

Что делает государство для того, чтобы бороться с теневым товарооборотом 

Правительство РК пытается вывести из тени некоторую часть обувного рынка с помощью цифровой маркировки, которая представляет собой автоматизированную систему контроля товарооборота. Уникальный код наносят производители и импортеры, чтобы сформировать цифровую картотеку товара. В свою очередь покупатель, отсканировав код, не только узнает о свойствах и легальности товара, но и сможет проследить, как товар попал на полки магазина.

Обязательную цифровую маркировку обуви в Казахстане ввели в ноябре прошлого года. При этом Единый оператор маркировки дал бизнесу серьезную отсрочку: до 1 апреля 2023 года можно распродавать немаркированную обувь, ввезенную в страну до 1 ноября 2021 года.

Важный факт: В Казахстане по итогам 2022 года объем производства легкой промышленности вырос на 6% и составил 178 млрд тенге. Рост наблюдается во всех подотраслях: в производстве текстильных изделий – на 5,3%, одежды – на 7,8%, кожаной и относящейся к ней продукции – на 3,7%.

Аргументы «против»

Некоторые предприниматели утверждают, что маркировка негативно отразится на бизнесе, так как они, например, вынуждены будут поднять конечную стоимость товара. Есть и другие доводы против введения маркировки. Так, например, юрист, представитель ассоциации импортеров и реализаторов обуви Айнура Кайдарова на прошедшей 13 января пресс-конференции в Астане отметила, что заявленные правительством цели маркировки обуви достигнуты не были.

«Мы против маркировки обуви по причинам того, что этот инструмент не достигает тех задач, которые озвучило правительство в борьбе с контрабандой, контрафактом и теневой экономикой», – заявила она.

Хотя работает этого ровно наоборот. Маркировка как экономический инструмент нужна как раз для того, чтобы исключить теневой оборот продукции на самых разных рынках: обувь, лекарственные средства, меховые и табачные изделия. Так, по информации Министерства индустрии и инфраструктурного развития РК, благодаря введению маркировки меховых изделий рост поступления налогов и таможенных платежей в бюджет от реализации меховых изделий только за семь месяцев 2019 года вырос на 55% по сравнению с аналогичным периодом 2018 года, а объем маркировки по табачным изделиям составил 86 965 167 кодов, в процентном выражении это рост 6,8%.

Среди других аргументов, которые приводят противники внедрения цифровой маркировки обуви, можно выделить также удорожание товара для конечного потребителя. К примеру, директор ТОО «Джома-НС» (импорт, оптовая и розничная торговля) Наталья Фролова обратила внимание на то, что маркировка отразится на стоимости продукции. По ее словам, расходы на маркировку трех партий составили 1 979 тенге на одну пару. 

«Я должна нанести на 3 тысячи пар эти маркировочные листочки. Они должны быть на самоклеющейся бумаге. Мы не можем заказать в типографию, потому что это разовая марка. Соответственно, я должна распечатать 3 тысячи марок на принтере. Если марка не читается, то налоговый комитет будет меня штрафовать, и у меня будет административная ответственность. Кроме того, что будет еще и налоговая ответственность», – сказала она.

Помимо этого, по словам Натальи Фроловой, необходимо привлекать людей для наклейки марок, а также оплатить услуги кладовщика, который будет сверять виртуальные остатки с реальными. 

Ее компания занимается продажей футбольной экипировки и кроссовок. Расходы на маркировку она перенесла на стоимость кроссовок, которые в результате этого стали дороже на 2 тысячи тенге. Однако цена кроссовок для потребителей, как отмечает сама Фролова, выросла и по другим причинам. «Если раньше пара кроссовок у меня стоила 15 тыс. тенге, сейчас в среднем стоит 25–30 тыс. тенге», – сказала она. 

Здесь нужно отметить, что, во-первых, на стоимость товара влияют как инфляция и повышение базовой ставки, так и другие возросшие расходы предпринимателя, не связанные с маркировкой. А во-вторых, еще в октябре 2021 года Аскар Мамин подчеркивал, что для бизнеса предусмотрены меры государственной поддержки отечественных товаропроизводителей в части субсидирования их затрат на покупку оборудования для маркировки.

Стоимость услуг маркировки китайских заводов, откуда идет 61% казахстанского импорта обуви, составляет 70 тенге за одну пару. Турецкие заводы готовы маркировать для Казахстана обувь за 70–100 тенге. Самые дорогие услуги маркировки на итальянских заводах – около 300–400 тенге. Но из этой страны в Казахстан ввозится всего 0,3% от общего объема импорта. Маркировать товар на производстве – самый удобный вариант, но также у импортеров есть возможность заказать услуги маркировки и на таможенном складе при ввозе продукции в Казахстан. Их услуги обойдутся также импортеру от 30 до 300 тенге за пару в зависимости от общих объемов. Причем в эту сумму уже входят всевозможные дополнительные расходы на отгрузку, хранение, упаковку, этикетирование, сканирование и учет. В среднем расходы, связанные с маркировкой, для производителей и импортеров будут составлять 0,1-2,5% от стоимости одной пары обуви.  

Индивидуальный предприниматель «КазИнтерТранс» (импорт и розничная торговля) Бибигуль Махметова сомневается в необходимости казахстанской маркировки обуви при условии ее импорта из страны, где она уже есть.

«Я получаю обувь из Беларуси, и на ней информация есть. Тут есть марка, дата матрикс-код, вся информация о том, что за товар, кто производитель и так далее. Мне предлагается всю эту информацию вносить в два модуля по каждой паре в каталог национальной программы ИС МПТ «Казахтелекома» и, по сути, дублировать информацию, которая здесь есть. Вносить надо в ручном режиме, и обувь подорожает как минимум на 2 тысячи тенге», – сказала она. 

Однако система маркировки, вопреки подобным опасениям, не дублирует имеющиеся системы, потому что это единственный инструмент для поэкземплярного учета товара. 

Нормальные рыночные условия

Маркировка – это гарантия того, что товар не сделан на подпольной фабрике, а изготовлен официальным производителем по всем стандартам качества. Маркировка препятствует ввозу контрабандного товара, потому предусматривает поэкземплярный учет продукции. Информационная система маркировки и прослеживаемости товаров – основной инструмент проекта – делает прозрачным путь товара от производителя до конечного покупателя, гарантируя в числе прочего, что с каждой пары обуви оплачивается налог в бюджет страны.

Анара Каиржанова, представитель саморегулируемой организации Национальное объединение предприятий легкой промышленности «Qaz Textile Industry», в которую входит более 10 казахстанских производителей обуви, утверждает, что отечественные производители обуви, которые работают добросовестно, выступают против отмены маркировки.

Фото: пресс-служба Премьер-министра РК

«Если здесь (импортеры. – прим. «Курсива») будут оплачивать все налоги, то мы надеемся, что мы сравняемся с импортными товарами. Мы считаем, что они не хотят прозрачности, потому что, если будет ввозиться промаркированная обувь, то уже на границе они пройдут таможенную очистку, соответственно, оплатят все налоги и пошлины. Они привыкли как раньше тоннами возить и не показывать реальное количество и стоимость этого товара. Соответственно, они не оплачивают налоги государству. Также и продают где только можно: на рынке и так далее, не показывая из чего это сделано», – считает она.

Все, что нужно для развития казахстанского производства обуви, по словам Анары Каиржановой, это нормальные рыночные условия. 

«Мы надеемся на то, что статистические данные будут более прозрачные и достоверные: какое количество товара входит в Казахстан, какое выходит из Казахстана, какое остается здесь. Для отечественного производителя это в первую очередь процесс, когда будет маркироваться товар, выводиться из теневого оборота, когда будут оплачиваться все налоги, поможет как-то выровнять цены и равно конкурировать на рынке, потому что отечественные производители оплачивают все расходы, которые несут в связи с производством товаров, а для иностранных импортеров им обычно со своего государства идет какая-то поддержка», – говорит она.

Читайте также