Почему предприниматели работают с заключенными

Фото: Бағдаулет Патық

Более 12 тыс. человек, отбывающих наказание в колониях Казахстана, имеют возможность легально зарабатывать на почти 300 производствах, сотрудничающих с учреждениями УИС. Для чего предприниматели строят свой бизнес за решеткой и как работают с осужденными – в материале «Курсива».

Отработать в срок

«Молодой был, пошел в ночной клуб. Там подрался, и тот человек, с которым я подрался, умер в больнице. Признали виновным в убийстве. Общий срок 16 лет, cемь лет из них уже отсидел», – объясняет свое нахождение в колонии строгого режима заключенный учреждения №57 Нурлан.

Два высших образования Нурлана, юридическое и архитектурное, оказались за решеткой невостребованными. Поэтому за время отбывания срока ему пришлось овладеть профессией сварщика и научиться шить. Нурлан и еще 12 тыс. казахстанских заключенных работают на предприятиях, сотрудничающих с колониями. Главная мотивация для них – заработать деньги, часть из которых можно направить на погашение ущерба. Погашенный ущерб, в свою очередь, является первым условием для получения условно-досрочного освобождения.

«Благодаря работе мы имеем возможность погашать исковые требования перед потерпевшей стороной, также дополнительно зарабатывать деньги для обеспечения собственных потребностей.

Трудоустройство – это очень хороший пример для реабилитации осужденного и искупления своей вины», – считает заключенный колонии-поселения №49 Александр Черненко, оказавшийся там за создание финансовой пирамиды.

Всего в Казахстане 63 исправительных учреждения, в которых отбывают наказание 30 тыс. осужденных. Трудоспособными являются 20 тыс., но работают из них лишь более 12 тыс. Еще около 8 тыс. человек готовы коротать срок за оплачиваемой работой, но пока негде. По данным Комитета уголовно-исполнительной системы (КУИС), свой бизнес в казахстанских колониях имеют 282 предпринимателя.

Договор в законе

Самые распространенные варианты бизнеса с участием заключенных – изготовление текстильной продукции, мебели, изделий из дерева и металла. Но также осужденных привлекают к работе на строительных объектах, сельскохозяйственных фермах и в теплицах. «Сотрудничаем и с акиматом – занимаемся уборкой территории. А наши осужденные в городе Конаеве, например, облагораживанием и озеленением занимаются», – рассказывает начальник учреждения №49 ДУИС по Алматинской области и области Жетысу, полковник юстиции Марат Бостукбаев.

За свой труд осужденные получают зарплату в соответствии с законодательством РК – не ниже установленного минимального размера. По договоренности с компанией ставка может быть и выше. У многих предпринимателей фиксированная оплата труда, равная МЗП, но есть также сдельная оплата, например, в швейном цехе она может зависеть от выработки. По словам сотрудников «Енбек-Жаугашты», бывали случаи, когда осужденные зарабатывали более 600 тыс. в месяц.

«Когда заключенный приступает к работе, начинают действовать стандартные отношения работник – работодатель. Никаких акцентов, что он отбывает срок, нет. Он – полноценный работник со своими правами и обязанностями», – говорит заместитель директора по производству филиала «Енбек-Жаугашты» РГП «Енбек» Куаныш Кемелов. «Енбек» является проводником между бизнесом, руководством колоний и заключенными. Предприятие занимается организацией бизнес-площадок на территории исправительных колоний.

Заработная плата заключенных в РК делится так: 50% уходит на выплату ущерба, вторая же половина остается осужденному на его личные нужды. «На заработанные деньги я помогаю своей семье, своим родственникам, детям. И часть этих денег трачу на собственные нужды: на сигареты, продукты, зубные щетки, зубные пасты и так далее», – рассказал Александр Черненко.

Работа на воле

Сотрудничать с осужденными бизнес может двумя способами. Первый – открывать производство на территории самой колонии. Такой вариант доступен для учреждений, территорию которых заключенным не разрешено покидать.

Фото: Бағдаулет Патық

Второй способ – открывать производство неподалеку от колонии и нанимать туда осужденных. Такой вариант доступен только для учреждений с минимальной безопасностью – колоний-поселений. В них отбывают наказание осужденные по легким статьям или те, кого перевели туда за примерное поведение. Они не носят тюремную робу, имеют право на выход за территорию учреждения, например в магазин, и могут работать на местных предприятиях вне колонии.

Для бизнеса сотрудничество с колониями выгодно по двум основным причинам: отсутствие арендной платы за помещения и недорогая, но очень дисциплинированная рабочая сила.

«Мы исключаем опоздания, исключаем невыход на работу, поэтому у нас стопроцентная посещаемость. У ребят хорошая дисциплина, то есть с ними легче работать, чем с гражданским населением», – делится опытом работы с осужденными инженер контроля качества BSD Construction Виталий Ковалев. Этот завод по производству пластиковых труб принял решение сотрудничать с колонией-поселением в поселке Заречный Алматинской области из-за нехватки «гражданских кадров».

Фото: Бағдаулет Патық

Сотрудники компании каждое утро под роспись забирают осужденных из колонии, а вечером в строго оговоренное время привозят обратно. Но в такой модели, когда предприятия находятся за пределами колонии, есть и свои минусы.

«В праздничные дни, в дни усиления, осужденных не выпускают. Приходится искать им замену. А еще бывает такое, что в 10 вечера нам может написать учреждение, что завтра с 8 утра у осужденных медкомиссия и их не выпускают. Из-за таких ситуаций рабочий процесс тормозится, в остальном нет проблем», – рассказывает менеджер по кадрам ТОО «СД и Ко» Елена Волженина. Предприятие занимается производством плодоовощных консервов в поселке Заречный.

Грибница в темнице

В случае, когда предприятие находится на территории колонии, простоев в дни усиления не возникает, но и у этого варианта есть свои минусы.

Руководитель ТОО «Luxury M» Манарбек Мустафин, который занимается производством корпусной и мягкой мебели, а также изделий из дерева и металла на территории учреждения №57, рассказал «Курсиву», что также пытался выращивать грибы вешенки. Но в условиях колонии сделать это оказалось проблематично.

«При выращивании грибов нужно соблюдать много тонкостей, например, строго выдерживать температурный режим. Технолог должен иметь доступ к производству в любой момент суток. Минус учреждений в том, что после 7 вечера и до 8 утра ты уже не имеешь права войти на их территорию».

Так как колония является особо охраняемым объектом, бизнесу стоит учитывать строгие правила въезда на ее территорию. «Например, мы можем вывезти на Sprinter всего три дивана, чтобы сотрудники колонии могли не затрудняясь провести досмотр машины. Хотя Sprinter может вместить 10–12 диванов. То есть мы вынуждены два-три дивана вывезти, оставить где-нибудь за пределами колонии, заехать обратно и повторить процедуру несколько раз. Вывести всю партию разом нельзя», – рассказывает Манарбек Мустафин.

Социальный предприниматель Эмин Аскеров, организовавший цех по производству деревянных игрушек в одной из колоний Павлодарской области, отмечает, что бесспорное преимущество такого сотрудничества в виде отсутствия арендной платы за цех имеет и обратную сторону – неудовлетворительное состояние этих помещений: «Практически все колонии – это постройки 1930–1970-х. Очень важно восстановить эту инфраструктуру, потому что МСБ вряд ли зайдет в колонию, понимая то, что придется вкладываться в капитальный ремонт».

Свои вложения в бизнес за решеткой еще не оправдал Манарбек Мустафин. Бесплатная аренда и невысокая зарплата сотрудников пока не окупили ежедневные транспортные расходы (колония находится в 60 км от Алматы) и траты на ремонт помещения и покупку станков.

«Еще один минус – не установленные правила со стороны «Енбек». К примеру, в договоре указано, что все финансовые риски ложатся на плечи предпринимателя. Второе – отсутствие прозрачности. Я, например, непонимаю, почему мне выставляют счет за амортизацию помещения, где я сам сделал ремонт, за амортизацию моего оборудования», – сетует Эмин Аскеров.

Смотрите видео на нашем You-Tube канале.

Подписывайтесь на нас в Google News