В прошлом году показатели финсектора Турции росли выше инфляции. Финансовые рынки страны стабилизируются после отказа властей от неортодоксальной денежно-кредитной политики. На фоне восстановления сектора интерес к турецким финансовым организациям проявили сразу два крупных игрока из Казахстана.
Банковский сектор и ДКП
В середине 2023 года завершился эксперимент с денежно-кредитной политикой, основанной на убеждении, что высокие процентные ставки являются причиной инфляции, а не инструментом ее сдерживания. Финансовый сектор начал потихоньку восстанавливаться, и по итогам 2025 года основные показатели банковского сектора Турции, на который приходится 90% активов финансовой системы, впервые за несколько лет обогнали инфляцию.
В прошлом году суммарные активы банковского сектора увеличились на 43,8% (до 46,9 трлн лир, или $1,2 трлн), что значительно выше накопленной инфляции (34,9%). В предыдущие три года, с 2022-го по 2024-й, ситуация была обратной. Хотя активы банков за этот период в среднем росли на 53% в год, этот прирост съедала высокая инфляция, на пике (октябрь 2022-го) взлетевшая до 85,5%.
Весной 2024 года Центральный банк Турецкой Республики (ЦБ ТР) поднял ключевую ставку до 50% и удерживал ее на этом уровне почти до конца 2024-го. Однако монетарная политика первое время оставалась чрезмерно мягкой: например, в мае 2024-го реальная ставка была глубоко отрицательной (–26%). Только со II квартала 2025 года денежно-кредитные условия ужесточились: в сентябре 2024-го реальная ставка перешла в положительную зону (0,6%), а в июне 2025-го достигла своего пика (11%).
Постепенное ужесточение монетарной политики помогло сбить инфляцию, и к концу 2025-го она снизилась до минимальных за последние пять лет значений. Инфляция замедлилась, а банки сохранили двузначный темп прироста бизнеса – такое сочетание позволило им закрыть прошлый год с реальным приростом основных показателей.
Например, по всем укрупненным категориям активов зафиксирован рост выше инфляции. Кредиты, занимающие почти половину всех активов (49,3% на конец 2025-го), за год увеличились на номинальные 44,1%. Остальные крупные статьи в структуре активов (обязательные резервы, ценные бумаги и прочие активы – с долями около 15% каждая) прибавляли в диапазоне от 34 до 48%.
Структура кредитного портфеля (турецкий регулятор сегментирует займы по трем категориям) в 2025 году практически не изменилась. Основной объем по-прежнему приходится на корпоративный сектор (11,2 трлн лир), за которым следуют займы МСБ и розничное кредитование. В каждом из этих сегментов годовой прирост опередил инфляцию, составив от 41 до 48%.
Депозиты остаются главным источником фондирования: к концу 2025 года их доля в пассивах составила 58,0%. Совокупные остатки вкладов (включая исламские фонды участия) выросли до 27,2 трлн лир, или на 44,0% в номинале. Выше инфляции также выросли две значимые статьи с удельным весом выше 10% в пассивах: прочие обязательства (+46,9%) и межбанковское кредитование (+46,4%).
Макропруденциальная политика
В 2025 году турецкий регулятор продолжил калибровку макропруденциальных норм. Целью этой работы, начатой после отказа от неортодоксальной ДКП, было улучшение трансмиссионного механизма.
В январе ежемесячный лимит роста корпоративных кредитов в валюте снизили до 1% (вместо 1,5%). По корпоративным займам в лирах ввели дифференцированный подход: для МСБ планку подняли до 2,5%, а для крупного бизнеса – опустили до 1,5% (ранее в обоих случаях действовал лимит 2%). Если банк превышает эти нормы, к нему применяются более жесткие требования по резервам.
Несмотря на эти меры, рост кредитования в валюте не прекратился. Поэтому в начале марта регулятор ужесточил ограничения еще сильнее: лимит роста был снижен до 0,5%, а перечень кредитов, на которые это правило не распространяется, стал значительно короче.
Параллельно продолжался курс на лиризацию с целью повысить вес нацвалюты в активах и обязательствах банков и минимизировать валютные риски. Для этого ЦБ ТР начал корректировать нормативы по минимальной доле лиры в депозитном и кредитном портфелях. Банки, не соблюдающие нормативы, должны были больше тратиться на резервы. Эта мера стала ключевым фактором в сдерживании долларизации.
Система депозитов с защитой от валютных рисков (Kur Korumalı Mevduat), запущенная в 2021 году, со временем стала восприниматься как фактор, искажающий валютные риски и способствующий долларизации вкладов. К лету 2025-го регулятор полностью свернул эту программу: в феврале банки прекратили открывать новые счета для юрлиц, в августе – для физлиц. В результате, по расчетам Kursiv Research, доля депозитов в валюте сократилась за год с 50 до 39%.
На исходе 2025-го Центробанк изменил нормативы по резервам так, чтобы поощрять банки к долгосрочному фондированию, если речь идет о заимствовании в валюте. Например, установил нулевую ставку резервирования по обязательствам свыше пяти лет, а ставки по краткосрочным обязательствам (до года) сохранил на высоком уровне.
Из Среднесрочной программы на 2026–2028 годы (ежегодно обновляемый сводный документ с оперативными планами правительства) следует, что в текущем году макроэкономический курс страны не изменится. Центробанк не намерен смягчать монетарную политику, пока инфляция не опустится ниже 10%, а инфляционные ожидания не будут заякорены, до тех пор ключевая ставка будет оставаться высокой. Также продолжится корректировка макропруденциальной политики в целях дедолларизации экономики и ограничения чрезмерного роста кредитования, особенно в потребительском и валютном сегментах.
Фондовый рынок
Ужесточение монетарной политики не привело к снижению активности на фондовом рынке. Например, такой номинальный показатель, как индекс BIST-100, отражающий динамику цен акций 100 крупнейших компаний на Стамбульской фондовой бирже (Borsa Istanbul; BIST), по ходу 2025 года дважды обновил рекорд. Общая капитализация компаний на BIST на конец 2025-го выросла до 17,5 трлн лир ($442 млрд), или на 30,6% в годовом выражении.
Капитализация определяется двумя величинами – акционерной стоимостью и числом эмитентов. Первая может прибавлять быстрыми темпами на фоне высокой инфляции, вторая зависит от количества первичных размещений (IPO).
В прошлом году на турецкий фондовой рынок вышли 18 компаний, которые сообща привлекли 43,9 млрд лир ($1,1 млрд). Не самый высокий показатель за период, когда власти Турции успели поэкспериментировать с ДКП. Пик активности пришелся на 2023 год – сразу 54 новых игрока разместили свои акции суммарно на 79,3 млрд лир (в 2024 году – 34 компании на 59,5 млрд лир).
Отчасти снижение количества IPO связано с ужесточением в конце 2024 года требований к эмитентам со стороны Совета по рынкам капитала Турции (SPK). Для компаний, планирующих подать заявку на IPO в 2025 году, были повышены минимальные планки по размеру уставного капитала (+50%), активов (+60%) и выручки (+60%). Еще была повышена минимальная рыночная стоимость акций для листинга в сегментах Stars, Main и SubMarket.
В этих условиях на биржу выходили крупнейшие компании Турции, занимающие ведущие позиции в своих секторах и с крепким финансовым положением. Например, многопрофильный холдинг Pasifik, объединяющий 55 компаний различных отраслей (девелопмент, логистика, энергетика и IT), компания Balsu Gıda, второй в мире переработчик фундука, а также компания Gülermak, которая участвовала в строительстве метро в Индии и Объединенных Арабских Эмиратах и скоростной автомагистрали в Польше.
Возврат к жесткой ДКП не дестимулировал рынок корпоративных бондов. Компании в минувшем году разместили облигации на 957 млрд лир, что на 51,3% больше показателя за 2024 год.
Наблюдались изменения и на вторичном рынке ценных бумаг. Местный Центробанк с середины 2024-го начал использовать РЕПО в качестве главного инструмента для стерилизации избыточной ликвидности. После замедления инфляции Турция столкнулась со значительным притоком иностранного капитала. Поэтому регулятор активно скупал валюту, чтобы пополнить резервы, что создавало избыток лир в системе.
В середине 2025-го произошло еще одно событие, которое способствовало росту операций РЕПО. Отказ регулятора от депозитов с защитой от валютных рисков (KKM) спровоцировал приток ликвидности в систему, что повысило спрос на инструменты стерилизации от Центробанка Турции.
Если в 2022–2023 годах объемы сделок РЕПО и торгов акциями были сопоставимы, то в 2024-м РЕПО опередил рынок акций в 7 раз, а в 2025-м – уже в 9 раз. По итогам прошлого года объем РЕПО вырос до 365 трлн лир, или на 65,2% в годовом выражении. Это несмотря на взрывной рост в 2024-м, когда годовой прирост составил 351%.
Выход Freedom Holding на турецкий рынок
В прошлом году сразу две казахстанские финансовые организации вышли на рынок Турции. В самом начале года Kaspi.kz сообщил о приобретении 65,4% акций Hepsiburada за $1,1 млрд. Второй по доле рынка маркетплейс Турции завершил прошлый год с выручкой в 84,6 млрд лир и чистым убытком в 5,7 млрд лир. За последние пять лет компания выходила в прибыль лишь в 2023-м.
В марте 2025-го Kaspi.kz подписал соглашение с Rabobank Group о покупке ее одноименной турецкой «дочки» (46-е место по активам среди 58 турецких банков на конец 2025 года). Сделку должны одобрить регуляторы. Участники ожидают, что закрытие сделки произойдет в середине 2026 года.
Параллельно с Kaspi в Турцию зашел Freedom Holding Corp., который в январе 2025-го объявил о запуске брокерского подразделения в этой стране. Местный регулятор одобрил создание новой компании под брендом Freedom Yatirim. По словам CEO Freedom Holding Corp. Тимура Турлова, для Турции это, возможно, первая за последние 20 лет новая лицензия, выданная иностранному брокеру.
На развитие турецкого направления холдинг планировал выделять 20–30% годовой прибыли. В октябре 2025-го уставный капитал Freedom Yatırım был увеличен с 325 млн до 655 млн лир. Для запуска операционной деятельности брокеру остается привести IT-инфраструктуру в соответствие с местными требованиями.
На запуске брокера с нуля Freedom не остановился. В марте 2026-го было объявлено о готовящейся покупке 99,3% акций Turkish Bank (№57 по активам). По заявлению Турлова, после одобрения регулятора холдинг начнет адаптировать под турецкий рынок собственную платформу Freedom SuperApp. Это суперприложение обеспечит пользователям доступ к банковским услугам, инвестициям и lifestyle-сервисам. В холдинге ожидают, что в текущем году завершится этап лицензирования и развертывания IT-платформы, после чего банк предложит свои ключевые продукты клиентам в Турции.
Создав успешную экосистему в Казахстане, Freedom Holding намерен масштабировать этот опыт на гораздо более емком турецком рынке. Местные клиенты финансово продвинуты и готовы к формату Freedom SuperApp. При населении около 90 млн человек в стране зарегистрировано свыше 120 млн цифровых банковских аккаунтов. Растет спрос и на брокерские услуги. Среднемесячное количество активных инвесторских счетов в Турции за пять лет выросло почти вдвое: с 1,5 млн в 2021-м до 2,6 млн по итогам 2025-го. На конец минувшего года турецкие индивидуальные инвесторы владели 30% всех акций (в денежном выражении), котируемых на Стамбульской фондовой бирже.
