Традиционные монетарные подходы к инфляции в Казахстане не работают, считает экономист Алмас Чукин. По его мнению, высокая базовая ставка может воздействовать не на основные причины роста цен. В результате экономика сталкивается с дорогими кредитами, тогда как инфляция продолжает оставаться двузначной.
Как отметил Чукин, базовая ставка сейчас составляет 16,75% при инфляции 10,2%. Таким образом, при простом расчете реальная ставка превышает 6%, а при расчете по формуле Фишера – 5,95%.
При этом в современных подходах ставку сравнивают не только с фактической инфляцией, но и с инфляционными ожиданиями участников экономики. По словам Чукина, в Казахстане они находятся примерно на уровне 12%.
«По любым меркам это жестко. Не «умеренно сдерживающая политика», а жесткая. И инфляция при этом остается двузначной», – отметил экономист.
Почему традиционная модель дает сбой
Чукин напомнил, что инфляция считается монетарным явлением. В упрощенном виде рост цен происходит, когда у населения становится больше денег, но количество товаров не увеличивается соответствующими темпами.
Предложение товаров, в свою очередь, зависит от производства, импорта и технологических изменений. Если экономика растет быстрее, чем позволяют ее возможности, возникает разрыв выпуска, который может привести к ускорению инфляции.
Однако сам по себе быстрый экономический рост не обязательно разгоняет цены. В качестве примера Чукин привел Китай начала 2000-х годов, где высокие темпы роста сопровождались снижением цен, поскольку возможности производства увеличивались быстрее доходов населения.
«Рост сам по себе инфляции не создает. Создает ее рост сверх возможностей предложения», – пояснил он.
По мнению экономиста, сложности возникают, когда эту конструкцию пытаются применить к Казахстану.
В Казахстане сложно измерить разрыв выпуска
Разрыв выпуска необходимо каким-либо образом оценивать. Как правило, для этого используется, в том числе, ситуация на рынке труда.
Однако Чукин обращает внимание на высокую неформальную занятость в Казахстане. Из-за нее официальная статистика безработицы, по его мнению, мало говорит о реальном состоянии экономики. В результате одна из ключевых переменных модели фактически не наблюдается.
Есть и другая особенность. Казахстан является небольшой открытой экономикой с высокой долей импорта в потребительской корзине. Кроме того, на динамику цен влияют административно устанавливаемые тарифы и сильный перенос изменений обменного курса.
По оценке Чукина, в таких условиях разрыв выпуска объясняет лишь небольшую часть происходящего с ценами. Основные каналы инфляции могут находиться за пределами контура, на который воздействует базовая ставка.
«Мы платим стоимостью кредита»
Экономист допускает два объяснения того, почему при жесткой денежно-кредитной политике инфляция остается двузначной. Первое заключается в том, что трансмиссионному механизму требуется больше времени и эффект высокой ставки еще не проявился полностью.
Второй вариант, к которому склоняется сам Чукин, заключается в том, что базовая ставка воздействует на канал, который не является главным источником инфляции.
«Одно из двух. Либо трансмиссия работает с лагом, которого мы еще не дождались. Либо ставка бьет по каналу, который не является основным источником инфляции – и тогда мы платим за нее стоимостью кредита для экономики, не получая взамен того, ради чего платим. Я склоняюсь ко второму», – заявил Чукин.
Что Чукин сказал о рейтинге Казахстана
Экономист также прокомментировал решение S&P Global Ratings от 22 августа повысить суверенный рейтинг Казахстана до BBB со стабильным прогнозом.
Среди отмеченных агентством факторов он выделил устойчивость экономики в условиях волатильности сырьевых рынков, объем валютных резервов, ожидаемое сокращение ненефтяного дефицита и введение более строгих правил использования Национального фонда.
Прогноз роста ВВП Казахстана на 2026 год составляет 5,1%, тогда как другие оценки находятся в диапазоне 4,5-5,5%. В среднесрочной перспективе ожидается рост примерно на 4%.
По словам Чукина, само повышение рейтинга денег стране не приносит, однако способно снизить стоимость привлечения финансирования.
«За рейтинг никто денег не дает. Но каждая ступень вверх делает деньги для страны дешевле: у инвестора снижается оценка риска, и он закладывает меньшую премию во все – от суверенных облигаций до стоимости проектного финансирования для частной компании. В конечном счете это очень положительная вещь», – отметил экономист.
Он добавил, что работы в сфере тарифной политики остается много, однако фундамент экономики сейчас выглядит прочнее, надежнее и понятнее, чем два с половиной года назад.
