Какова вероятность новых изъятий из Нацфонда до конца года
Главное:
- Результаты девяти месяцев – недобор налогов составил 339,1 млрд тенге, или на 1,7% меньше от плана.
- При этом полностью использован годовой объем трансфертов из Нацфонда.
Kursiv Research изучил минфиновский отчет об исполнении государственного бюджета на 1 октября 2026 года, сопоставил текущие показатели с практикой предыдущих пяти лет и оценил вероятность обращения в Нацфонд за дополнительными деньгами. При сохранении нынешних тенденций в экономике, по нашим оценкам, дополнительные изъятия неизбежны, а необходимая для исполнения государством своих обязательств сумма составит до 1,3 трлн тенге – и это по консервативным оценкам.
Налоги за 9М2026
Налоги и трансферты из Нацфонда – основные источники пополнения казахстанского госбюджета. За девять месяцев 2026-го налоговые поступления составили 19,3 трлн тенге и за год выросли на 18,2%. Но этого прироста не хватило для выполнения плана: при отклонении на 1,7% казна недосчиталась 339,1 млрд тенге. Недобор налогов незначителен, но если разобрать основные причины, почему у налоговиков не заладилось, выяснится, что ситуация с недостаточной наполняемостью доходной части бюджета с высокой долей вероятности сохранится в следующие три месяца, а сама тенденция может усилиться.
Почему недобрали НДС
Основная сумма недобора зафиксирована по НДС, поступления по которому предсказуемо выросли после повышения ставки (с 12 до 16%) и снижения порога для упрощенки. В отчетном периоде сборы увеличились до 5,9 трлн тенге, или на 37,3% к аналогичному периоду прошлого года. Но этого оказалось недостаточно для выполнения плана: сумма недобора составила 685,8 млрд тенге, и это на 10,4% ниже необходимой планки.
Самый большой недобор случился по импортному НДС, уплачиваемому при ввозе товаров в Казахстан. Если сумма недобора по внутреннему НДС составила 223,3 млрд тенге (–7,7% от плана), то этот показатель по НДС на импорт почти в два раза выше – 503,9 млрд тенге (–14,7%). Срыв планов в правительстве объясняют крепким тенге и охлаждением потребкредитования. Напомним, при верстке бюджета расчетный курс доллара закладывался на уровне 540 тенге, тогда как по итогам отчетного периода средний курс составил 478 тенге.
Никто не спорит, что основная причина сокращения внутреннего НДС – это укрепившийся тенге. Расчеты Kursiv Research, учитывающие укрепление тенге, повышение ставки НДС и прирост импорта (доступные данные за семь месяцев были экстраполированы), показывают, что курсовой фактор объясняет 75% недобора по импортному НДС.
В Нацбанке считают, что тенге крепнет из-за подорожавших на мировых рынках основных экспортных товаров РК – нефти и металлов, высокой базовой ставки в Казахстане и покупки иностранными инвесторами казахстанских ГЦБ. Крепкий тенге, мешающий налоговикам выполнить план по НДС, по всей видимости, фактор теперь среднесрочный. При верстке республиканского бюджета на 2027 год закладывался расчетный курс доллара на уровне 480 тенге. Иначе говоря, кабмин смирился с тем, что и оставшиеся три месяца текущего года будет существенный недобор по НДС.
Почему сорван план по акцизам
После НДС заметный недобор зафиксирован по акцизам, и это притом, что в структуре налоговых поступлений их доля невелика – чуть более 5%, если исходить из утвержденного на текущий год госбюджета. И если недобор НДС обусловлен макроэкономическими факторами, то по акцизам он образовался из-за того, что долгосрочные цели экономической политики вошли в противоречие с краткосрочными.
За девять месяцев текущего года совокупные поступления акцизов увеличились до 903,4 млрд тенге, или на 20,8%. Тем не менее это все равно меньше плана на 18,2%, или на 201,0 млрд тенге. И если пятая часть этой суммы сложилась по причине сокращения сборов от табачного бизнеса, то основной недобор случился, поскольку госфинансисты, верстая бюджет-2026, заложили двукратный рост акцизов на бензин и дизтопливо. Было собрано 467,8 млрд тенге, и хотя эта сумма на четверть превышает прошлогодний уровень, план не выполнили на 26,0% (или –162,3 млрд тенге).
Высокий план был заложен не по ошибке. По всей видимости, разработчики бюджета были уверены, что механизм рыночного ценообразования ГСМ заработает в полную силу. Напомним ход событий: в конце января 2025-го государство отказалось от регулирования цен на АИ-92 и дизтопливо. За этим последовал пересмотр налоговых условий, в апреле была модифицирована формула, по которой итоговая ставка акцизов на бензин и дизель стала плавающей и теперь складывается из базовой части (которая заменила действовавшую до этого фиксированную ставку) и надбавки. На тот момент она рассчитывалась путем умножения разницы между средней ценой реализации и порогового значения на поправочный коэффициент. Текущая формула расчета ставки акцизов чуть изменена, но фискальная логика осталась прежней: государство будет изымать часть маржи, если рыночная цена складывается выше установленного порога.
Из заявлений чиновников, касающихся темы либерализации рынка ГСМ, следовало, что при условии, что цены на топливо будет определять рынок, они неизбежно подтянутся к российскому уровню. В августе 2025 года, когда наше правительство представило проект республиканского бюджета – 2026, в России бензин марки АИ-92 стоил почти в 2 раза дороже, чем в Казахстане. По всей видимости, разработчики проекта бюджета исходили из этих же соображений, соответственно, был заложен двукратный рост акцизов на топливо – с 415,9 млрд тенге в 2025 году до 872,0 млрд тенге по итогам 2026-го.
Однако в середине октября 2025-го премьер-министр РК Олжас Бектенов ввел мораторий на дальнейшее повышение цен на бензин марки АИ-92 и дизтопливо. Эта мера была принята, чтобы остановить инфляцию, которая в сентябре добралась до отметки 12,9%. После завершения этого моратория, действовавшего до конца I квартала 2026-го, Бектенов поручил членам своего кабинета «принять меры по недопущению их (цены на бензин. – Kursiv Research) значимого вклада в общий уровень инфляции».
Наши расчеты, сделанные с некоторыми допущениями (одно из них – затраты на логистику составляют 15–17%), показывают, что и после отмены моратория крупнейшие оптовики не стали поднимать цену. Цена на АИ-92, при которой должен был заработать механизм плавающей ставки акцизов на бензин и, соответственно, при которой бюджет получил бы запланированный объем налогов, должна была находиться в диапазоне 275–285 тенге за литр. С начала года цены на АЗС, несмотря на их общий рост, до этой планки так и не доросли: по данным БНС, в сентябре 2026-го литр в среднем стоил 247 тенге.
История с акцизами на бензин на этом не завершилась. Кабмин, фиксируя значительный разрыв между плановыми и фактическими поступлениями, по всей видимости, захотел исправить эту ситуацию. Поэтому 11 сентября 2026-го была изменена формула, по которой рассчитывается ставка акцизов на бензин и дизель. В том числе был повышен поправочный коэффициент с 50 до 95%, то есть государство решило забирать не половину, а почти всю маржу, которая образуется, если рыночные цены превышают установленный порог.
Если допустить, что крупнейшие оптовики, где контрольный пакет держит государство, продолжают продавать топливо по заниженной цене (следовательно, они платят акциз по базовой ставке), это решение затрагивает интересы частных компаний. В тот же день, когда вышло это постановление, ассоциация PetroMining, куда входят независимые нефтяники, обратилась к президенту РК Касым-Жомарту Токаеву с просьбой отменить данное постановление. После жалоб частников Бектенов принял поистине соломоново решение: поправочный коэффициент на уровне 95% перестанет действовать, но только с начала 2027 года.
Недобор КПН и прибавка от сырьевого сектора
Существенный недобор также зафиксирован по КПН. За девять месяцев 2026-го общий объем поступлений составил 4,6 трлн тенге, или увеличился в годовом выражении на 11,5%. Однако кабмин рассчитывал получить с бизнеса побольше: недобор составил 3,1%, или 150,7 млрд тенге.
При этом на уровне республиканского бюджета, куда поступает налог от ненефтяного крупного бизнеса, план был исполнен относительно близко к прогнозу (–1,3%, или 45,7 млрд тенге). Основная сумма недобора была сформирована по КПН от малого и среднего бизнеса, который идет в местные бюджеты: здесь план не выполнен на 8,9%, или на 105,1 млрд тенге.
Сырьевой бизнес перекрыл бо́льшую часть недобора. Ставка НДПИ (основную часть этого налога отчисляют горно-металлургические компании) и ставка ЭТП на сырую нефть зависят от мировых цен, которые по разным причинам сейчас бьют рекорды. В результате по линии НДПИ в бюджет поступило 1,3 трлн тенге, а это выше плановых значений на 73,6% (+554,5 млрд тенге), по линии ЭТП – 1,6 трлн тенге, что больше плана на 26,3% (+330,6 млрд тенге).
Трансферты из Нацфонда
На фоне налогового недобора правительство за девять месяцев освоило годовой объем трансфертов из Нацфонда. Означает ли это, что и на этот раз кабмин залезет в так называемый фонд будущих поколений за добавкой?
Напомним, к этой излюбленной тактике власти по разным причинам прибегали четыре раза за последние пять лет. В 2021 году дополнительными изъятиями поддержали пострадавшую от коронакризиса экономику, а наращивание госрасходов после январских событий в 2022 году за счет Нацфонда выглядело политической необходимостью. В следующие два года дополнительными изъятиями из Нацфонда латали дыру в бюджете, образовавшуюся из-за завышенных ожиданий: если в 2023 году прогнозировался значительный прирост поступлений от КПН, то в 2024-м кабмин рассчитывал собрать солидный урожай по НДС. Исключением стал прошлый год, впрочем, тогда правительство сразу заложило в бюджет приличный объем нацфондовских трансфертов.
Трансферты из Нацфонда – второй по значимости источник пополнения казны. В среднем за 2021–2025 годы каждый пятый тенге доходов государства обеспечивался средствами фонда. Как отмечают разработчики действующей Концепции управления государственными финансами РК до 2030 года, опережающие темпы роста расходов над доходами способствовали большему изъятию средств из Нацфонда, поэтому было предложено произвести бюджетную консолидацию и принять меры для увеличения собственных доходов казны. В документе установили целевой ориентир, выполнение которого свидетельствовало бы об успехе бюджетной консолидации: валютные активы Нацфонда должны увеличиться до $100 млрд к 2030 году (на конец II квартала 2026-го совокупный объем активов составлял $65,5 млрд).
Для этих целей в прошлом году власти провели налоговую реформу: повысили общеустановленную ставку НДС до 16%, снизили порог для упрощенки по нему, внедрили прогрессивный ИПН, увеличили КПН для банков и игорного бизнеса, а также урезали ряд налоговых льгот. Министр нацэкономики РК Серик Жумангарин, презентуя депутатам налоговую реформу, говорил в том смысле, что эти меры помогут увеличить собственные доходы казны и снизить зависимость бюджета от Нацфонда.
В условиях обновленного Налогового кодекса казахстанский кабмин, верстая бюджет на 2026 год, отказался от целевого трансферта из Нацфонда, который, согласно законодательству, направляется на реализацию критически важных проектов при отсутствии иных источников финансирования и выделяется только по решению президента. Последний раз бюджет обходился без этого трансферта в 2020 году.
Но полностью отказаться от нацфондовских денег казахстанское правительство не может по объективным причинам. В бюджете на текущий год был предусмотрен обычно направляемый на финансирование социальных обязательств государства гарантированный трансферт в размере 2,77 трлн тенге. Доля гарантированного трансферта в доходах утвержденного на текущий год государственного бюджета составляет 8,6%. Это гораздо меньше, чем было в прошлом: за 2021–2025 годы Нацфонд обеспечивал в среднем 21,8% доходов госбюджета (при расчетах учитывалась покупка акций КМГ).
Но в текущем году не удастся сократить зависимость бюджета от нацфондовских денег до заявленного уровня. Нынешнее положение дел в государственных финансах напоминает ситуацию, которая сложилась к осени 2024 года, по итогам которого из Нацфонда был изъят максимальный за предыдущие пять лет объем трансфертов. Тогда за девять месяцев налоговый недобор достиг почти 2 трлн тенге (или –12,5% от плана), а годовой лимит трансфертов в размере 3,6 трлн тенге был выбран целиком. Сейчас налоговый недобор, как указывалось выше, составил 339,1 млрд тенге (или –1,7% от плана), также полностью освоен годовой объем гарантированного трансферта (2,77 трлн тенге).
С учетом неоплаченных обязательств государства, того факта, что утвержденный лимит по внутренним займам достиг почти 86%, а собираемость НДС и акцизов вряд ли улучшится в оставшиеся месяцы, высока вероятность, что кабмин вновь обратится в Нацфонд за дополнительными средствами. Kursiv Research направил запрос в Минфин РК, чтобы уточнить, «какой объем дополнительных изъятий из Нацфонда предполагает осуществить ведомство до конца текущего года». К моменту публикации ответа не поступило.
Kursiv Research, применив несколько консервативных подходов, оценил объем дополнительных изъятий из Нацфонда. Усреднение данных за предыдущие четыре года, когда утвержденный годовой лимит по нацфондовским трансфертам сжигался досрочно, показывает, что до конца года будет дополнительно изъято 1,1 трлн тенге. Согласно второму подходу, основанному на оценке кассового разрыва с учетом фактической суммы привлеченных на внутреннем рынке займов, правительству потребуется дополнительно привлечь из Нацфонда 1,3 трлн тенге. Опираясь на последние оценки и уже изъятые суммы, можно предположить, что доля нацфондовских трансфертов в доходах госбюджета составит 12,6%. С учетом того, что в 2021–2025 годах она в среднем держалась на уровне 22,4%, такое снижение можно считать безусловным успехом.
На то, что радикальное сокращение трансфертов в бюджете этого года было поспешным решением, указывает еще один факт. На прошлой неделе депутаты одобрили проект республиканского бюджета на следующий год, в котором предусмотрен гарантированный трансферт из Нацфонда в размере 2,43 трлн тенге и целевой – еще на 2,0 трлн тенге. В сумме это почти в два раза превышает нынешние объемы.
